Kass2010

Глава 4. Собеседование и далекие дела

Added 2022-07-30 02:32:14 +0000 UTC

Собираясь на собеседование, я решила, что Дамблдору должен понравиться образ серьёзной преподавательницы, увлечённой своим делом и другим ничем не интересующейся. Арифмантика, думаю, ему была абсолютно не интересна, это же не ЗоТИ, чему плохому я могу научить на своих уроках?

Оделась я так же, как в тот день, когда забирала Гарри — серый костюм с тёмно-синей «рабочей» блузкой, на ногах кожаные «тапочки», голова «гладкая», свои "родные" темные волосы в пучок. Надо бы ещё очки, чтобы изменить лицо. Порылась в вещах «синего чулка» и нашла отличный раритетный экземпляр с простыми, но «дымчатыми» стёклами, в тёмно-коричневой толстой роговой оправе, которые закрыли ровно половину моего лица. Все артефакты надела, документы в свой большой портфель сложила — можно отправляться!

В кабинете директор был не один. В кресле у окна, видимо, в качестве поддержки, вальяжно развалился профессор Снейп.

— Не желаете ли чаю? — поинтересовался у меня Дамблдор, просмотрев мои дипломы.

Артефакты артефактами, но и палка раз в год стреляет, что-нибудь надо умное соврать:

— А который сейчас час?

— Двенадцать с четвертью, — ответил Снейп, заинтересовавшийся, какая связь у этого вопроса с чаем.

— Должна отказаться. Двадцатого числа любого месяца в интервале с полудня до трёх после него не рекомендуется ничего ни есть, ни пить.

— Вот как? — удивился Альбус и отодвинул от себя вазочку с лимонными дольками. — Тогда давайте сразу к делу. Скажите, мисс Вектор, почему вы выбрали своей специализацией именно арифмантику?

— Почему именно арифмантика? Это же так просто! Числа сопутствуют нам от нашего первого крика до последнего вздоха. Ни один наш шаг не обходится без них — независимо от того, осознаём мы это или нет. Арифмантика же отвечает на вопрос, какую роль играют числа в нашей судьбе. Для арифмантики важно не только изучение свойств чисел само по себе, но предсказание событий, основываясь буквально на «цифрах и фактах».

Я на секунду остановилась набрать воздуха и продолжила:

— В арифмантике нет места игре воображения — всё предопределено, нужно только верно интерпретировать результат!

После этих слов я выразительно посмотрела на Снейпа, как будто он собирался мне возражать. Директор открыл рот, видимо, чтобы что-то сказать, но я не дала ему такого шанса:

— Самым великим арифмантом был Пифагор, который считал числа и символами мировых начал, и элементами мира. Он утверждал, что насколько человек знаком с магическими свойствами чисел, настолько он властвует над своей судьбой. Вся современная арифмантика основывается на работах Пифагора. Он совершил магическое действие, отделив числа от предметов, — и с этого момента числа зажили самостоятельно, управляя событиями и людьми.

Я сделала указующий вверх жест и добавила чуть-чуть пафоса.

— Магией чисел Пифагор объяснял существование Вселенной — он полагал, что весь мир состоит из чисел. Даже магглы уделяют внимание арифмантике! В ядерной физике магические числа — натуральные числа, соответствующие количеству нуклонов в атомном ядре, при котором становится полностью заполненной какая-либо его оболочка. Современная физика признаёт 7 магических чисел: 2, 8, 20, 28, 50, 82, 126. Атомные ядра, содержащие магическое число протонов и/или нейтронов, отличаются большей энергией связи, а потому и большей стабильностью, чем их близкие соседи в таблице нуклидов. Особой стабильностью характеризуются так называемые дважды магические ядра, в которых количества и протонов, и нейтронов составляют магические числа. И знаете, что даёт возможность нам предположить необычная стабильность магических ядер?

И я снова посмотрела на Снейпа, сидевшего со слегка расфокусированным взглядом, но теперь вопросительно. Не слушет он меня что-ли?

— Понятия не имею, — ответил он впопад. Значит, все-таки, слушал. — А это важно?

— Конечно, ещё как важно! Мы можем предположить возможность создания трансурановых элементов, обладающих большим периодом полураспада, что не свойственно элементам с большой атомной массой. Тяжёлые изотопы с магическим числом нуклонов ожидается найти в районе так называемого «острова стабильности». Но, поскольку по теоретическим расчетам ядра этих элементов, в отличие от уже известных магических ядер, несферичны, существует мнение, что последовательность именно сферических магических чисел является законченной.

Я сделала паузу, чтобы опять набрать воздуха и снова опередить Дамблдора:

— А ещё в программировании! Магическим числом или сигнатурой они называют целочисленную или текстовую константу, используемую для однозначной идентификации ресурса или данных. Представляете как интересно?

Дамблдор и профессор Снейп явно не разделяли моего энтузиазма, слушая этот поток научного красноречия с довольно кислыми лицами, но в ответ на мой вопрос дружно закивали.

— Вижу, вы настоящий энтузиаст своего дела! Я готов сделать вам предложение о работе, — поспешил сообщить директор, опасаясь, что я опять что-то начну вещать, — вот только нагрузка у вас будет небольшая. Немногие студенты, увы, выбирают среди необязательных предметов арифмантику.

— Это не страшно и у меня есть предложение! Давайте, кроме учебных часов, я ещё буду вести что-то вроде кружка «Практика применения арифмантических вычислений в жизни волшебника» — звучит, конечно, длинно, но это будет полезно и интересно!

— Я не возражаю даже оплатить вам этот кружок как учебные часы, если найдутся желающие хотя бы на одну группу!

— А сколько студентов минимум должно составить группу?

— Минимум пятнадцать! Подпишем договор?

— Разрешите, я ознакомлюсь с текстом.

Пока я читала стандартный текст профессорского договора Снейп по-тихому свалил из кабинета директора, видимо, посчитав свою миссию выполненной.

— Я готова подписать этот договор, только нужно внести некоторые поправки. У меня есть племянник, он сирота. Потому все каникулы и некоторые из выходных я не буду проводить в школе. Я не декан, я не веду много часов — не вижу никакого смысла для себя оставаться в свободное время в Хогвартсе.

— Это приемлемо, — сказал Дамблдор, радуясь, что я обратила внимание на этот раздел, а не на тот, где прописана более чем скромная заработная плата по причине, которой, видимо, у меня нет конкурентов на эту должность.

— И я смогу прибыть в Хогвартс только первого сентября! У меня есть незаконченная научная работа с коллегами в Америке, мне придётся туда вернуться на лето.

— Приезжайте со студентами на Хогвартс-экспрессе. Вы же у нас не учились — прокатитесь по стране, на детей в дороге посмотрите.

— Договорились! Во сколько и откуда отправляется поезд?

— Платформа 9¾, вокзал Кингс Кросс, отправление ровно в 11:00.

— Я буду там! Спасибо, что пригласили меня на работу! Постараюсь увлечь студентов своим предметом!

***

POV Северус Снейп

Северус неторопливо шёл по коридорам Хогвартса, размышляя о только что закончившемся собеседовании. Новая преподавательница арифмантики... Странная особа. Слишком много говорила, слишком фанатично. И эти её рассуждения о магических числах в магловской физике — откуда арифмант может знать подобные вещи с такими подробностями?

Да, она была странная и от точно никогда с ней не встречался, разве такую можно было бы забыть, но... почему, вдруг, что-то в ней показалось ему неуловимо знакомым?

Снейп остановился посреди пустого коридора, нахмурившись. Голос? Нет. Манера держаться? Тоже ничего особенного — типичная скромная учёная дама, только излишне многословная. Но что-то определённо было...

Вдруг его осенило. Когда она посмотрела на него вопросительно, приподняв бровь. Глаза! Он, определнно видел похожие глаза...

Мысли мгновенно вернули его назад на две недели, к тому дню, когда он ходил в Гринготтс по делам патентования своего нового зелья. Нудная, но необходимая процедура, — гоблины были педантичны в вопросах авторского права, и лучше было оформить всё сразу, чем разбираться потом.

Выходя из банка с папкой документов, он столкнулся с какой-то ведьмой. Вернее, это она налетела на него, заставив выронить бумаги. Северус тогда раздражённо подумал о её досадной невнимательности, но незнакомка тут же принялась извиняться и собирать документы.

Причем, похоже, она воспользовалась невербальной беспалочковой магией, призвав их все сразу себе в руки. Такая сильная волшебница и совсем ему не знакома!

Когда она собирала документы, Северус хорошо её рассмотрел. Тёмно-синий костюм, изящно подчёркивающий фигуру. Он был... довольно вызывающ для магического мира, эти кружавчики и кулон в соблазнительной ложбинке очень красивой груди… И аппетитная попка, обтянутая брючками. Так и хотелось её... Северус мысленно одёрнул себя. О чем он думает? Как будто он не встречал красивых дам раньше.

Но вот её поведение тоже было странным. Она застыла, глядя на него, словно увидела призрака. Лицо побледнело, глаза расширились, а когда он заговорил, она дёрнулась, как от удара, и испуганно разжала руки, роняя документы ему в ладони. Ему даже показалось, что она вот-вот упадет в обморок.

— Мисс, всё-таки — вы хорошо себя чувствуете? Не нужно ли вас куда-нибудь проводить?

— О нет, спасибо! По-моему, со мной всё неплохо и, кажется, я уже пришла туда, куда шла, — ответила она, стараясь говорить спокойно, но голос слегка дрожал.

Северус отступил в сторону, давая ей дорогу, и женщина поспешно скрылась в банке. Он тогда пожал плечами и пошёл дальше: его ждал Люциус у Фортескью, а по дороге еще нужно было зайти к Малпепперу... Торгуясь с аптекарем он и думать позабыл о той незнакомке, но...

Но их пути пересеклись снова. Северус как раз направлялся к месту встречи с Малфоем, когда увидел у веранды кафе Фортескью плачущую ведьму. Ту самую женщину из банка. Она выглядела абсолютно несчастной. Стояла, не обращая внимания на окружающих, и слёзы текли по её лицу.

Люциус заметил её первым:

— Мисс, у вас что-то произошло? Я могу вам чем-нибудь помочь?

Он протянул ей платок, но дама стояла, словно в ступоре, хлопая глазами и не реагируя на предложение помощи.

— Мисс, с вами снова что-то случилось? — не удержался от вопроса Северус.

Незнакомка резко обернулась, увидела его, задержана на нем взгляд, потом посмотрела на Люца, потом опять на него и на её лице отразилась паника смешанная с ужасом.

В следующую секунду она что-то тихо пробормотала и исчезла. Просто растворилась в воздухе, без хлопка, без палочки, — как будто её и не было.

— Интересно, — проговорил тогда Люциус. — Домовой эльф, вероятно.

— Или порт-ключ, — предположил Северус. — Ты её знаешь?

— Впервые вижу, — покачал головой Малфой. — А вот она, похоже, нас знает, и не с саой лучшей стороны. Ты заметил?

Они еще немного поговорили о странной ведьме, но потом отвлеклись на свои дела. Но потом Северус еще несколько раз вспоминал красивую незнакомку, но сравнивать её эту... профессоршу... Нет, ему, наверняка показалось. Мало ли как её очки могли исказить глаза...

Та женщина была изящной красавицей в дорогом костюме, а мисс Вектор — серая мышка в очках и невзрачной одежде. Разница была разительной. Да и хорошо. Неизвестно как бы отреагировал Хогвартс окажить та незнакомка мастером арифмантики.

Эта мысль, неожиданно, развеселила Снейпа. И он продолжил пусть в свои покои бодрым шагом.

***

Сразу из Хогвартса я направилась в Гринготтс. Мирагор предложил нам с Гарри полететь из Парижа в Рио-де-Жанейро на «Конкорде». Это сверхзвук! Потом не полетаешь после катастрофы над Парижем в двухтысячном! Лететь всего четыре часа! Конечно, стоимость билета для простых граждан астрономическая: в «Конкорде» места только первого класса, цена одного билета 6500 фунтов, но в галеонах-то значительно дешевле! И не будем мы экономить при блэковских-то миллионах!

— До аэропорта Парижа можно взять порт-ключ.

— А можно не в аэропорт, а куда-нибудь в магический квартал Парижа? Прямо на завтра. А какого числа летит «Конкорд»? Не каждый же день?

— Он летает два раза в неделю по этому маршруту. Сегодня, двадцатого июня, и двадцать третьего.

— Отлично! Тогда порт-ключ на завтра и билеты на «Конкорд» на двадцать третье! А отель отсюда можно забронировать в Рио-де-Жанейро и в Мар-дель-Плата? В Париже, насколько я помню, у меня есть квартира.

— Я забронирую и оплачу сразу с ваших счетов. Как всё будет готово — пришлю документы и порт-ключ совой. И очень прошу: при любых сложностях сразу идите в ближайшее отделение Гринготтса и просите связаться со мной!

— Договорились!

— Вот вам два универсальных переводчика, — сказал гоблин и протянул что-то вроде маленьких гвоздиков. — Их нужно воткнуть в хрящик ушной раковины. Больно не будет, зато вы будете свободно понимать любые языки, и все вокруг будут понимать вас так, как будто говорите на их родном диалекте.

— Спасибо! Совсем не подумала об этом вопросе!

— И ещё я взял на себя смелость сделать вам другой паспорт на имя Майи Блэк, но прибавил пяток лет, чтобы вписать туда сына Гарольда Блэка. И вот подготовил два письма за моей подписью. Одно — к колдомедику Оскару Эдуардо Аленде, второе — к директору школы Кастелобрушу Эстеле Рамос.

— Огромное вам спасибо, уважаемый Мирагор! Хорошо провести лето! Увидимся осенью!

— До свидания, леди Блэк! Удачи во всех делах!

***

— Гарри! Тирли — собирайте вещи! Завтра отправляемся в Париж! Тирли, ты же знаешь адрес тамошней квартиры?

— Да, — кивнула домовушка.

— Отлично! Завтра отправимся туда и пробудем два дня, а двадцать третьего вылетим в Бразилию. Свожу тебя, Гарри, в Музей науки и технологий — тебе там очень понравится. Любому мальчику и дня будет мало, столько там всего интересного! Сходим, посмотрим парижский магический квартал и просто побродим по улицам французской столицы.

***

Квартирой в Париже оказалась огромная мансарда в доме на набережной Сены практически напротив Эйфелевой башни. Мы выполнили всё запланированное и даже перевыполнили — на второй день взяли в подземном гараже «Рено Альянс», прилагавшийся к квартире, и прокатились до Версаля. А впереди нас ждал полёт на удивительном сверхзвуковом самолёте!

Когда, наконец, мы попали внутрь самолёта, стало понятно, что интерьер соответствовал люкс-статусу, но по размеру салона «Конкорд» больше напоминал бизнес-джет, нежели коммерческий авиалайнер. Зато обслуживание было высший класс — льняные салфетки, веджвудский фарфор, канапе с лобстером и белужьей икрой, салат из нежной сердцевины пальмы и сыра дор-блю, стейк из аргентинской говядины с хрустящей цветной капустой, приготовленной на пару, и свежая клубника со сливками на десерт. Из напитков — для меня «Дом Периньон», для Гарри апельсиновый фреш. По-моему, мы летели в дорогом ресторане, а не в самолёте.

Кстати, сверхзвук совершенно не ощущался. В итоге полёт прошёл так быстро, что показалось — мы только закончили есть и сразу пошли на посадку.

В Рио-де-Жанейро тепло круглый год. Хотя «на носу» была местная зима, объявили, что за бортом 27 градусов. В документах, которые дал Мирагор, были точные координаты для аппарации, и Тирли переместила нас. Оказалось, что у нас не забронирован отель, а снят настоящий небольшой волшебным дом у подножия горы Корковаду с чудесным видом на её вершину со статуей Христа-Искупителя.

Устроили себе в Рио пляжный отдых, каждый день перемещаясь на новое место. Посетив несколько пляжей, решили с Гарри, что мы оба не любим толпы людей, и больше всего нам понравились те, где их было меньше всего.

Поднялись на Корковаду — вернее, доехали, так как недалеко от дома находится железнодорожная станция, откуда отправляется поезд, доставляющий туристов на самый пик. Это самая маленькая железная дорога в Бразилии, поэтому даже поездка была интересной.

За неделю, на которую был снят дом, пляжи нам надоели, и мы отправились порт-ключом в Кастелобрушу договариваться об обучении.

Мы прибыли на место и оказались посреди тропического леса — я бы даже сказала, в непроходимых джунглях! Здание школы походило на пирамиды ацтеков и майя, а кабинет директора располагался на вершине постройки.

Эстела Рамос — невысокая, темноволосая и очень красивая женщина — приняла нас благожелательно, внимательно прочитала письмо гоблина и сказала, что готова принять Гарольда Блэка на подготовительное обучение. Несмотря на то что у них сейчас зима, школа международная, и график обучения подстроен под другие школы, поэтому учебный год начнётся с первого сентября. Но прибыть учащимся подготовительного курса нужно будет двадцатого августа, так как у них своя программа.

Она рассказала, что в Кастелобрушу студенты учатся на трёх основных отделениях — гербологии, алхимии и магозоологии. Выбрать, к чему лежит душа, и оценить имеющиеся способности помогает специальный волшебный камень, на котором ещё древними индейцами были высечены лист аяуаски, котёл и дракон.

Поскольку распределение проводится после подготовительного курса, на нём изучаются основы всех трёх направлений плюс проводятся различные занятия для развития пластики движений тела, точности кистевых движений для последующей работы с заклинаниями. Потому она рекомендует приобрести для Гарри волшебную палочку, если таковой у него ещё нет.

Гарри был в восторге от всего: от перспективы покупки волшебной палочки, от кабинета директора школы, в котором располагался небольшой алтарь Санта Муэрте — культа смерти, особенно чтимого на родине директора Рамос в Мексике, как она сама пояснила. И от проведённой экскурсии в общежитие подготовительного курса, комнаты в котором были большими, светлыми и рассчитанными на одного школьника. Для Гарри, который большую часть жизни провёл в одиночестве в своём чулане, это было очень важно, так как он не чувствовал себя комфортно, находясь долго в больших компаниях.

Мы вернулись в кабинет директора Рамос, и я подписала годичный договор на обучение Гарри в Кастелобрушу, получила список того, что должен иметь при себе студент подготовительного курса первого сентября, а также разовый порт-ключ в школу. Одно дело было сделано.

***

Вернувшись в Рио, я отправилась в Гринготтс и попросила сделать для нас прямой порт-ключ в Мар-дель-Плата, так как лететь туда было хоть и недалеко, но с пересадкой, а это утомительно!

Мар-дель-Плата, где работает рекомендованный колдомедик, — это небольшой город, являющийся одновременно известным аргентинским морским курортом и одним из крупнейших рыболовецких портов на берегу Атлантического океана. Но, увы, июнь в Мар-дель-Плата — это зима. И зима гораздо более суровая, чем в Рио, когда воздух на улице холоднее воды в океане.

Мирагор забронировал нам большой номер в «Шератон Мар-дель-Плата» рядом с песчаным пляжем Плайя Гранде. Купалься в океане было холодно, но в отеле было несколько не только открытых, но и закрытых бассейнов, что нас очень порадовало.

Выспавшись и приведя себя в порядок, мы с Гарри направились в клинику. Дон Оскар Эдуардо Аленде — представительный мужчина лет шестидесяти — принял нас сразу же, очень внимательно прочитал письмо Мирагора, а затем выслушал мою историю о том, что возможно «в шраме есть кусок чужой души». Совершенно ничему не удивился, осмотрел Гарри, провёл несколько разного вида диагностик и сказал:

— Прекрасная донья Майя, не знаю, как вы это определили, не владея специальными знаниями, но вы совершенно правы. За шрамом присутствует закапсулированная частица чужой души, и её обязательно нужно извлечь! Я сейчас приглашу коллегу, который ещё более сведущ в этом вопросе, и мы с ним проконсультируемся.

Он послал своего патронуса-пуму с сообщением:

«Льентур, зайди ко мне, пожалуйста! Сложный случай по твоему профилю, нужен совет!» — после чего пояснил:

— Льентур — араукан, методы работы с такими вещами у индейцев более действенны.

Тут зашёл и сам коллега. Эдакий сильнозагорелый Снейп в возрасте за сорок, с гривой чёрных блестящих волос и таким же выдающимся носом. Везёт мне на красавчиков! Но главное, чтобы он избавил Гарри от этого «куска» в его голове...