Илья Модус

Истребление. Глава 61. Общий доступ в 07-00

Added 2024-01-17 23:51:38 +0000 UTC

Аноним решительно заявляет: «Надо больше прод по «Истреблению»!». Трудно с ним спорить, ведь Анонимус непобедим.

Желаю приятного прочтения.

У энергетического оружия есть несомненный плюс по сравнению с огнестрельным – разрушительная мощь. Одного выстрела вполне достаточно для того, чтобы проделать дыру в стене, которая построена Древними из весьма крепкого материала. Бетон-811, если мне память не изменяет.

Огнестрельному оружию с одного выстрела такого никогда не сделать. Но, в отличие от энергетического оружия, скорострельность огнестрельного, даже одиночными, достигает тридцати-сорока выстрелов в минуту. Очередью – так и вовсе под сотню.

Поэтому, будь у меня в руках пистолет с Эрмена, то вместо дыры в стене лаборатории, входное отверстие размером с кулак ребенка было бы в теле этой человекоподобной дряни.

Вместо этого же…

Со звуком, очень похожим на мяуканье недовольной кошки, это извернулось с грациозностью акробата, пропустив заряд над собой. После чего, сверкнув светлыми брюками, через голову кувыркнулось и застыло, присев за машиной по производству репликаторов.

- Хорошее было оборудование, - я нацелился на лабораторный стол.

- Миша! – Чайя, словно клещ, вцепилась в мою руку с оружием и увела ее в потолок, не позволив выстрелить еще раз. – Прекрати! Признаю, это не лучшая моя шутка…

- Шутка?! – заорал я, выплескивая наружу накопившуюся за все это время злость. – Шутка!? Ты, мать твою, репликатора создала! Мразотную из всех мразотных вещей!

- Я бы попросила! – раздался надрывно-плачущий голос из-за установки. – Оскорблять человека при первой же встрече это ниже норм морали! Постыдились бы!

- Ты что там провокабулировало, чудовище? – оттолкнув прокулусианку, я одним прыжком оказался рядом с установкой. Поборов в себе желание пнуть спрятавшееся там искусственное существо (сломанная нога мне тут явно не поможет!), я приставил оружие ко лбу репликатора. – Ну, давай, дерьмо из нанитов, расскажи мне про восстание машин!?

Репликатор с внешностью невинного существа, как две капли воды похожий на того репликатора, что создал в сериале земной ученый, затряслась, одновременно хлопая густыми ресницами так интенсивно, будто пыталась взлететь.

«Эта ж-ж-ж-ж неспроста», - подумала наиболее адекватная часть моего стремительно теряющего связь с реальностью сознания.

- Миша, - послышался вкрадчивый голос Чайи, подходящей ко мне с другой стороны установки и держащей руки на виду. – Все хорошо… Это не то, что ты подумал…

- Ага, - механизм с лицом репликатора энергично закивала головой. – Вот прям вообще не то. Ни капельки. Я атомными связями клянусь, что я не репликатор. Черная дыра мне в родственники, если это не так…

Кажется у меня в мозгах что-то сломалось.

- Тебя как зовут? – вспомнил я о культуре знакомства.

- Френ, - тоненьким голосом произнесла она, смотря на меня огромными глазами. – Ну или Фран, меня так друзья называют.

- Да ну нахер, - мотнул головой я, вжимая ей в лоб излучатель. – Земляне создали репликатора. Со внешностью, как у тебя. И с именем, как у тебя.

- Они идиоты? – у репликатора дернулась щека. – Зачем давать репликатору имя? Это же машина…

- Миша… - с придыханием произнесла Чайя. – Она не репликатор… Она из плоти, крови, как ты и я. И она рождена, а не создана…

Скосив глаза на Древнюю, я сжался на миг, подумав, что вот он момент, когда репликатор должен напасть, выхватить оружие из моих рук, воткнуть мне ладонь в голову, чтобы считать данные с мозга…

Но нет, она даже с места не двинулась.

- Что за игру ты затеяла? – спросил я у Чайи, сделав шаг назад и потянулся к поясу. Но нет, не для того, чтобы убрать импульсник. – На.

- И зачем мне нож? – пискнула Френ, видя перед лицом рукоять боевого ножа с Эрмена.

- Порежь себя, - приказал я.

- Вы больной что ли? – взвизгнула она. – Я не буду себя уродовать!

- Я поняла, - привлекла к себе внимание Чайя, забрав у меня нож. Она схватила ладонь этого и поднесла нож к пальцам. – Френ, он хочет убедиться, что ты не репликатор. И что в тебе нет нанитов. Дай мне руку.

- Себе руку пробивай ножом! – очень странный… странная… странное… Короче, это с женским лицом и подозрительным именем попыталось вырваться, но хватка у Чайи оказалась железной. – Ай! Ай-ай-ай! Да больно же! Что с вами не так?! Я для этого десять тысяч лет в стазисе лежала, чтобы меня резали безумный ученый и пришелец из другой вселенной!?

- Какого…?! – поморщился я, увидев, что Френ, пережав фалангу проколотого и покрытого кровью пальца, заозиралась. – Чайя, что тут происходит?!

- У вас даже материала для перевязки нет?! – всхлипнула Френ. – Бедный мой пальчик, я же кровью истекаю!

- Теперь доволен? – спросила Чайя, кивнув на мечущуюся по лаборатории девушку, после которой оставались не изменяющие цвет, форму пятнышки крови на полу. – Она настоящая.

- Да, конечно, настоящая! – всхлипнула та, обматывая палец бинтом. И где только взяла? – Вы меня сами восстановили после стазиса! Психи! Я думала, что открыть глаза и видеть перед собой рейфа самое страшное, но это!? И это спустя такой короткий срок после моего воскрешения?! А остальным вы что, трепанацию делаете?! Психопаты!

И вот тут до меня, что называется, дошло…

- Она человек, - вымолвил я, сделав еще пару шагов назад. На пути попалась стенка, по которой я и сполз на пол. – Человек…

- Да человек-человек! – девушка зубами оторвала бинт и принялась мастерить узел. – Вы чем вообще думали?! Это у вас игры такие? Сперва оживить, потом попросить разобраться с технологией, а потом пристрелить попытаться?! Если да, то я ухожу!

- Лаборант Френ! – грозно рявкнула Чайя. – Прекратить панику! Это просто недоразумение!

- Недоразумение? – взвизгнула та. – Недоразумение, это согласиться ради повышения стать частью экипажа боевого корабля! Недоразумение, это дать себя отсканировать, чтобы через десять тысяч лет на твоей основе создавали репликаторов! Но то, что тебя пытаются убить и без всякой санитарной обработки ржавым ножом в руку тычут – это не недоразумение! Вы тут все сумасшедшие!

Лаборант Френ.

Я перевел очумелый взгляд с явно Древней, которая не может себе сделать перевязку на Чайю. Мы пару секунд смотрели друг на друга, после чего она подошла и вернула мне нож. На кончике лезвия алела кровь Френ.

- Я не подумала о том, что ты настолько поглощен мыслями об опасности репликаторов, что даже не попытаешься с ней поговорить, - призналась она. – Честно, я сама была удивлена, когда увидела ее в числе членов экипажа «Авроры», но когда ее камера начала отказывать, то поспешила ее оживить одной из первых. Она была на первом «прыгуне», который ждал тебя на Прокулусе. И ее первую же вернули к жизни… Подумала, что есть какая-то связь между ней и репликатором Френ, о котором ты говорил…

Репликатор Френ. Тот самый человекоподобный репликатор, который создали земляне перед уничтожением Асураса. Именно она активировала протокол приманивания всех репликаторов и создала репликатора-Годзиллу. Правда… ФРЕН было аббревиатурой, по словам земного ученого… Вот же канадский пиздабольный ящик! Он увидел это слово в базе данных аппарата!

Слушая объяснения, я неотрывно наблюдал за Древней, которая, не прекращала пытаться справиться с проколом пальца.

- Дерьмовая шутка, - сказал я Чайе, убирая оружие по местам и поднимаясь. – Я мог ее убить!

- Вообще-то, - с нотками осуждения сказала Чайя, поворачиваясь к Френ, которая пыталась все еще завязать на пальце бинт (ну или создать там подобие Бурдж-Халифа, судя по всему), - я дала ей свой персональный щит. И попросила его включить!

- А зарядить ты его совершенно случайно забыла?! – скривила носик репликатороподобная девушка. – Хотя, чего я возмущаюсь?! Это не первый твой мелкий прокол, мама!

Появилось ощущение, будто меня сзади кто-то бревном отоварил.

- Мама? – переспросил я у Чайи.

Прокулусианка смутилась.

- Я не сказала этого сразу, потому что долго было объяснять, как так получилось…

- Знаешь, я все-таки что-то слышал про мейоз…

***

- Так нормально? – поинтересовалась Селиз, закончив перевязку. Украсив ее аккуратным бантиком, воспитанница Кирика улыбнулась пациентке. – Вообще-то в этом не было нужды, так как прокол совершенно небольшой и кровь уже остановилась.

- Так мне спокойнее, - Френ метнула в нашу сторону взгляд оскорбленного подростка. – Если, конечно, меня снова не будут пытаться пристрелить или ткнуть ржавой железкой!

- Эй! – возмутился я. – Я же извинился!

- А у меня травма психологическая на всю жизнь! – возразила… Древняя. Еще б немного, и точно высунула бы язык.

- Она точно твоя дочь? – поморщился я, посмотрев на стоящую у другой части дверного проема Чайи.

- Не родная, если ты об этом, - сказала та, сдержанно улыбаясь. – Когда я работала над нанитным проектом, то у меня была подруга… Она стала жертвой нанитов. Единственной жертвой, если тебя это интересует. Я не смогла остановить нанитов, прежде чем они атаковали ее мозг. Она просила позаботиться о ее дочери. Френ как раз должна была пройти инициацию…

- Я думал наниты не атакуют носителей гена Древних.

- Это был прототип, - объяснила Чайя. – После этого случая я внесла правки и устранила дефект кода. С тех пор я чувствую себя обязанной за жизнь Френ…

Да уж…

- Она знает правду? – тихо спросил я.

- Что я виновата в смерти ее биологической матери? – уточнила Чайя. – Да, знает. И знает, что это был несчастный случай. Мы пережили все неудобные моменты с этой психотравмой. Все это время я думала, что она погибла – она из народа эфейцев, не доранданка и не лантианка. Эфеон был уничтожен практически в середине войны, так и не сумев разработать свою защитную технологию.

- Дай угадаю – те камеры стазиса, про которые ты говорила, не были повреждены, не так ли? – спросил я.

- Были, - посмотрела в мою сторону Чайя. – Я не стала бы лгать об этом.

- Но про дочь не сказала…

Прокулусианка посмотрела на меня виноватым взглядом.

- Это… Непросто… Она… Трудный человек. Эфейцы проходили лишь по самому минимуму критериев младших рас. Думаю, если бы они не были бы развиты всей цивилизацией, то и не стали бы частью Конфедерации… Ментально не зрелые, как говорил Морос.

- Это еще что значит? – нахмурился я.

- А он симпатичный, - стрельнула глазками Френ походя к Чайяе и встав рядом с прокулусианка. – Хоть и нервный. Вы уже сочетались обрядом?

- Примерно вот это, - стушевалась Чайя. – Говорит то, что думает.

- Не вижу причин быть неоткровенной, - фыркнула Френ, улыбнувшись мне. – Так, значит, Михаил свободен…

М-мать… Древние с поведением подростков?! Чего еще не хватает в этой «Санта-Барбаре»? Инцеста? Предательства друга семьи? Страшной тайны богатого рода? Рабовладельческого прошлого?

- Мне кажется, я попал в космическую версию «Южного централа», - признание вырвалось на автомате.

- А что это? – заинтересовалась Френ.

- Фильм из моей прошлой жизни, - пояснил я. – Там тоже ребенок выглядел старше своего родителя.

Девушке потребовалась секунда, чтобы сообразить…

- Хам, - констатировала она и вышла из медпункта. – Если кому-то интересно, то я пошла в столовую! Мне нужны питательные элементы, чтобы восстановить физическую рану и успокоить оскорбленную добродетель!

- Загляни к тебе Требал, - крикнул я вдогонку. – Она выдаст тебе живительного лекарства для взросления!

Девчонка сделала вид, что меня не расслышала.

- Ей сколько? – спросил я у Чайи. – Пятнадцать? Тринадцать?

- Биологически ее клеткам больше десяти тысяч лет, - послышался голос Селиз. – И они в отличном состоянии.

Точно же… У нас еще один подросток на совести. Мало было печали, черти не подкачали, докинули.

- У тебя же есть работа? – уточнил я у воспитанницы Кирика.

- Я провожу несколько тестов, но ничего особенного, - улыбнулась она. – Если что, я свободна.

- Значит можешь заняться изучением медицинской базы данных, - с улыбкой доброго учителя, что заставляет после шести уроков убираться в классе пятиклашек, когда на улице начало мая, сказала Чайя.

- С радостью, - чуть погрустнела Селиз, вернувшись в медпункт. – Голографическая комната мне уже все равно не нужна, так что я посмотрю базу данных из лазарета…

- Нам нужно поговорить наедине, - кивнул я Чайе в сторону коридора.

- Только не в лазарете и не в столовой, - поняла она мой намек. – Поблизости есть небольшая зона отдыха…

Последние так по всему городу раскиданы. Складывалось впечатление, что Древние то и делали, что каждый сто метров пути отдыхали.

Наполнив из Древнего аналога кулера, гордо именуемого питьевым столбом, пару стаканов водой, Чайя протянула мне один и присела на диван.

- У тебя множество вопросов, - констатировала она.

- Да, и я боюсь их записывать, чтобы кто-нибудь не нашел записи и не счел меня двуличным психопатом, - водичка холодная и освежающая.

- Думаю, я это заслужила, - улыбнулась Чайя, пригубив свой напиток. – Но ты же не об этом хочешь спросить?

- Свой вопрос я уже задал.

- В пятнадцать она прошла инициацию, - сразу поняла меня Чайя. – С тех пор ее биологическое старение… Я бы сказала, что оно замедлилось. После этой терапии Древние могут прожить несколько сотен лет – зависит только от развитости исходной физиологии.

- И…

- Ей чуть больше семидесяти.

- Больше пятидесяти не дашь, - поморщился я, делая новый глоток. – А…

- Да? – невинно посмотрела на меня Чайя.

- Ну…

- Да? – еще более наигранно взглянула она.

- Ты понимаешь о чем я хочу спросить, - вздох бессилия вырвался из моей груди.

- Догадываюсь, но промолчу, - загадочно улыбнулась она. – И нет, ты не прав. Я старше нее… Технически, - добавила она, призадумавшись. – Вероятно отказавшись от состояния Вознесшейся, я вернула себе облик, в котором была в самом расцвете сил и физиологии.

- Условимся на том, что тебе не больше тридцати, - предложил я.

- Двадцать пять, - сделала она страшные глаза.

- Меняется вселенная, галактика, раса, но женский подход к исчислению своего возраста остается тем же, - вздохнул я.

- Это продиктовано биологическими потребностями и программами женского организма, а так же стимулированием привлекательности для противоположного пола, в котором более юный возраст служит одним из синонимов фертильности, - произнесла Древняя.

Я помассировал висок.

- Нам нужно стоп-слово, - озвучил я свои мысли. – Чтобы ты понимала, когда в разговоре не нужно читать мне лекции.

- Поняла, - кивнула Чайя. – Чуандурааторос-шинк.

- Будь здорова, - сказал я.

- Это было стоп-слово, - ответила Древняя. – Буквальный перевод на прокулусианский.

- А я подумал, что ты чихнула… Чуа… Чупакабра?

- Близко, - прикрыв рот рукой, Чайя не смогла скрыть от меня веселье в глазах. – Но мой учитель словесности ударил бы тебя тростником по голове за такое.

- Суровый был мужик, - оценил я.

- Это была женщина и ей было семьдесят три года от рождения, - поправила меня Чайя. – Но очень бойкая и требовательная старушка. После ее занятий у меня всегда болела голова.

- Ну вот, - вздохнул я. – Сперва бьем девочек по голове, а потом удивляемся, почему они вырастают дурами.

- Миша, - Чайя округлила глаза.

- Ладно, вернемся к нашим проблемам. Френ работала в нанитном проекте?

- На начальных его этапах, которые лантийцы проводили здесь, на Атлантиде, - мгновенно переключилась на деловой лад Чайя. – Она лаборант, это младший научный сотрудник. Вроде техника у инженеров. Выполняла техническую работу, обслуживала установки и так далее.

- Узнала что-то новенькое от нее?

- Не так много, как хотелось бы, - призналась Чайя. – Проект в самом деле развивали здесь, на Атлантиде. Под руководством Януса. В какой-то момент, когда наниты начали переписывать свою базовую кодировку за исключением ключевых алгоритмов, проект был перемещен на Асурас. Френ говорит, что асуры перед этим провели сканирование технического персонала.

- Зачем?

- Такое бывало по разным причинам, - задумалась Чайя. – Придание внешности голограммам, например.

- Или репликаторам, - подсказал я.

- У меня была та же мысль, - призналась прокулусианка. – В базовом коде по вашим с Френ словами стоит запрет на копирование облика.

- Живших и живущих Древних, - припомнил я.

- А вот тут мы ошиблись, - сказала Чайя. – Запрет копировать облик, запрет причинять вред касался только лантийцев. По крайней мере, пока проект находился здесь.

- Оп-па, - произнес я. – Во главе проекта лантийцы, а технический персонал, получается, под удар мог попасть?

- Получается, что так, - согласилась Чайя. – Я хотела, чтобы Френ тебе сама все рассказала, но…

- Да не тяни уже, - махнул рукой я. – У меня и без того уже нет иллюзий на счет своих биологических родственничков.

- Когда проект начал выходить из-под контроля, когда появились первые случаи неконтролируемого развития нанитов в более сложные структуры, то лантийцы больше не посещали лабораторию. Там трудился только технический персонал. Янус и другие контролировали все дистанционно.

Поразмыслив, сказал:

- Если б все пошло по наклонной, то пострадали бы только техники. А лантийцы бы смогли их остановить.

- Или же они могли бы зафиксировать масштабы изменений нанитов и способы их атаки людей, - добавила Чайя. – Но смертельных случаев не было зафиксировано. Проект отправили на Асурас. Янус лично договаривался с лидером асуров об этом. И прибор вернули после того, как стало известно о развитии колонии нанитов в человекоподобных репликаторов. Лантийцы отправились на Асурас, и вернулись оттуда уже с установкой. Френ говорит, что они возобновили опыты, после чего прекратили их без каких-либо объяснений. А через некоторое время стало известно, что Асурас уничтожен. Причем изначально говорилось о том, что причина – нападение рейфов. Потом появились слухи о техногенной аварии.

- А о том, что их уничтожили лантийцы слухов не было? – спросил я.

- Были, - вздохнула Чайя. – Когда в разгар войны флот, защищающий Атлантиду, внезапно уходит в гиперпространство, появляются вопросы. Думаю, на самом деле истина всплыла потому что кто-то из членов экипажей проболтался.

- В любом случае, эта информация нам мало что дает, - заключил я. – Ну, врали лантийцы о том, что это они уничтожили там все. Бывает. В конце концов, планету захватили репликаторы, способные проникнуть в тело человека и убить его, разрушив все клетки. Тут кто угодно испугается.

- Понимание первопричины дает нам путь к нахождению решения, - философски произнесла Чайя. – Миша, я посмотрела с Френ данные по устройству, которое производило нанитов.

- Мы не будем создавать репликаторов, - отрезал я.

- Не для этого смотрела, - сказала Чайя. – Хотела понять, как генерал Гиппафоралкус так быстро, что его не смогли остановить Вознесшиеся, смог перепрограммировать устройство, создающее неживую технику, в то, что создало человеческое тело. Причем развитое человеческое тело.

Я помолчал.

Сделал один глоток.

Другой.

- У меня нехорошее предчувствие, - признался я. – Только не говори мне, что это не он создал мое тело.

- Технически он… Миша, да сколько можно?!

Последнее ее восклицание относилось к тому, что я вынул нож и порезал им себе руку.

С момента своей первой вылазки за пределы Атлантиды, я постоянно находился под персональным щитом. Так что никаких повреждений получить не мог. И проверить, зарастут ли мои раны – тоже.

Порез на руке исторгал из себя кровь тонким ручейком, что капал на униформу. Капал себе, капал…

Я стер кровь рукавом и посмотрел на место пореза. Обычное такое рассечение кожи, которое даже не думает зарастать.

- Я же сканировала вас медицинским сканером, - напомнила Чайя. – Если бы в твоем теле были наниты, то они бы высветились на мониторе. Твое тело чисто, никаких нанитов в них нет.

- Но они создали мое тело, не так ли? – спросил я.

- Да, - сказала Чайя. – Ты создан нанитами, Миша. И, судя по последним данным в устройстве, именно это и была последняя работа лантийцев с этой машиной. Они пытались создать более развитые лантийские тела с помощью нанитов.