Илья Модус

Истребление. Глава 90. Общий доступ в 17-00 по МСК

Added 2024-01-30 10:16:07 +0000 UTC

Камрад Gray Cat поинтересовался, не интересно ли мне, как страдают дети Коста-Рики без проды.

До этого момента Коста-Рика меня интересовала меньше всего.

Желаю приятного прочтения.

Есть что-то цепляющее за душу в том, чтобы находиться посреди старых руин, давно отшлифованных ветром и временем, заросших травой и кустарникам, за тысячи световых лет от места, которое называешь своим домом. Сидеть, прислонившись спиной к древним камням, грубо отесанным из-за своей плотности, подставляя свое лицо легкому прохладному ветерку.

Смотреть в звездное небо и не видеть тем ни одного знакомого созвездия. Капельки света, кажущие столь микроскопическими, незначительными, но на деле являющиеся громадными термоядерными реакторами, созданными законами вселенной, завораживают.

Умиротворяюще… И, кажется, пусть весь мир подождет.

Спокойствие, которого нет даже на Атлантиде. Сейчас, когда не нужно никуда бежать, стрелять, прыгать, думать о том, как бы исправить то или иное техническое непотребство, образовавшееся за десять тысяч лет бездействия Древних технологий, я, кажется, начал понимать.

Нет, не замыслы Древних, и даже не секреты вселенной.

А то, насколько гнетущая атмосфера в городе Предков.

Чистый отфильтрованный воздух не может сравниться с тем, что наполнен запахами трав на поверхности. Ни одно, даже самое совершенное осветительное приспособление не может заменить естественного.

Лампа на потолке, в стене или даже над дверью не заменит тебе теплоты звезды. И ни одно представление о защите не пересилит нарастающий дискомфорт ощущений, будто ты находишься в громадной консервной банке.

Теперь я понимаю, почему так часто меняются команды, работающие за пределами Атлантиды. Почему так много желающих ремонтировать корабли и аванпост на Таранисе. Почему так мало желающих отправиться на буровую платформу или корабль рейфов.

Почему даже вновь поднимается тема продолжения накопления запасов песка с Лантеи-2, хотя у нас большое количество металлолома, который можно переплавить и получить нужные детали.

Психика людей, даже таких развитых, как Древние, тоже имеет свои пределы. Люди десять тысяч лет проверил в консервной банке под названием «Аврора», упакованные в еще более мелкие консервные банки стазис-капсул.

Я вытащил их из этих банок и дал и банку побольше.

Воодушевление от возращения к жизни на какое-то время притупило их ощущение запертого пространства, после чего депрессия медленно, но верно начала возвращаться.

И они молчат. Не привыкли жаловаться, потому что в ответ им обычно не сочувствовали и их желаниями пренебрегали. Поэтому увеличивается спрос на антидепрессанты и успокоительные.

Люди решают проблему как могут. Потому, что лидер, то есть я, сказал: «Мы будем находиться под водой, потому что так безопасно». Они привыкли подчиняться. Но привычки и устои имеют свой срок годности.

Иронично, что я обнаружил, что Атлантида превращается в кипящий котел страстей лишь находясь на другой планете.

Да уж… Лучше поздно, чем никогда.

И все-таки… Как здесь хорошо. А на душе тяжело и погано. Кризис среднего возраста начался что ли? Или просто я сам не замечал, что погруженная под воду Атлантида и меня тоже угнетает?

- Волнующий миг, сладкий миг, - едва слышимым шепотом пропел я, смотря на две луны этого мира. - Свершилась детская мечта…

Рядом со мной заворочалось тело, облаченное в привычный для нее кожаный «прикид» Кочевников. Даже полимерный бронежилет с разгрузкой, заполненный боеприпасами, ей к лицу.

- Ты с детства хотел торчать в ночной засаде? – так же тихо спросила у меня Ларрин, подсаживаясь ближе. – Какие приземленные у тебя мечты, однако.

Эх, деревня…

- Что мы с тобой в мире одни, - продолжал я по памяти воспроизводить «Признание Ловетт» из рок-оперы.

- Миша, с тобой все в порядке? – спросила озадаченным голосом Ларрин. – Кроме нас тут еще десять человек.

- Лишь ты, и я, и темнота, - продолжал я, любуясь звездами.

- У вас все в порядке? – с другой стороны показалась Тейла. – Я услышала какой-то шум.

- Миша бредит, - Ларрин ткнула в мою сторону пальцем.

- Мне хочется плакать и петь, - не останавливался я, приглядываясь к темным кронам окружающих нас деревьев.

- Это напряжение от долгого ожидания, - сказала Тейла. – Так бывает, когда долго ждешь, а ничего не происходит. У нескольких атосианцев было так же после последнего сбора, когда мы прятались и не знали, ушли ли рейфы…

- И быть с тобой, во тьме с тобой…

- Или это мозговой паразит, - с опаской посмотрела в мою сторону Ларрин. – У нас как-то целый корабль вымер от такой заразы. Пришлось уничтожить, чтобы не распространилось среди остальных.

- А если вдруг явится смерть, - бесчувственные они овечки, такую песню комментариями портят. - То пусть ее зовут Любовь.

- Если к нам и явится смерть, то ее будут звать рейфы, - процедила сквозь зубы Ларрин, толкнув меня в бок. – И ты своими завываниями только накличешь их на нас!

Вздохнув с чувством оскорбленного гения, которого не понимают местные селяне, я вынул сканер Древних. Устройство было настроено, как и пять минут назад, когда я сверялся с ним крайний раз, на детектор жизненных сигналов. И сейчас горело ровно двенадцать точек. На тех же местах, на которых они должны были находиться по плану.

Показав экранчик устройства Ларрин, затем Тейле, я сказал:

- В каждой группе есть человек с таким устройством, так что гости так просто не появятся, - пояснил я. - А все эти двенадцать сигналов нам хорошо известны. У тебя есть такой же.

- Спасибо, мне хватило «общения» с тем линкором, - в ночной темноте лишь свет лун этой планеты освещал вздрогнувшее лицо Ларрин. – Не хочу, чтобы еще какая-то консоль меня выжала как лимон.

- Знал бы заранее, что ты трусиха, - вздохнул я, не завершив фразу. И дело тут не в осуждающем взгляде Тейлы.

А остром кулачке Ларрин, который вписался мне в бок. Смотря на то, как девушка шипит от боли, встретив сопротивление разгрузочного полимерного жилета эрменского производства, даже посочувствовал ей.

Наверное, все же было глупой идеей способствовать обретению ей ген Древних. Но сделанного не воротишь. А нам нужны верные люди с геном.

Верность тут, конечно, дело не проверенное в случае с Ларрин. Но, после того как мы получили образцы ДНК ее людей и Селиз смогла найти среди них несколько подходящих кандидатов, то… Тут все очень даже хорошо складывается.

И тем сильнее мое желание все же отправить Ларрин на «Арес». Требал мне откровенно жалко. Линкор, похоже, тот еще расист и на полукровку смотрит как на грязь под ногтями.

Ларрин же… По словам Требал, ей еще хуже приходится от ментального контакта с кораблем. Но, ведь всегда можно не делать этого? Ментальная связь с устройствами древних это осознанный выбор. По крайней мере с большинство известных нам технологий.

Они реагируют на ментальный импульс, желание. Причем, чем «жиже кровь» и «круче» технология, тем сильнее нужно «кричать». У меня получается управлять техникой Древних практически не осознавая и не формулируя мысленные приказы. Требал, Чайя, Ихаарь так и вовсе раскрыли мне тайну – чтобы включить, например тот «прыгун», им необходимо формировать четкое мысленное указание. А для сканера, например, нет. Для пульта управления – тут уж как пойдет. Но двери открываются сами, улавливая носителя гена.

В общем, с геном Древних на мой взгляд больше проблем, чем пользы. Хотя, польза только одна – защита от несанкционированного доступа. Но… Простите мой ауребеш, о какой защите мы говорим, если те же консоли управления, в том числе и руководящими главными системами города, достаточно просто включить. И они будут работать пока их не отключат. Ну или пока не пройдет большое количество времени без использования. Причем, уже хочется смеяться от этого, для каждого устройства, «время перехода в гибернацию», различно. Сканер, например, отключится сразу, если его забрать из рук Древнего. Правда, конечно, можно дать ему прямой приказ не делать этого – и тогда около часа он будет включен в любых руках. Эту функцию недавно обнаружили. И не на всех найденных устройствах она есть.

Создавалось впечатление, и у меня имелась уверенность, что догадка правдива, что с самого начала войны лантийцы так или иначе понижали планку допуска по уровню генов. Вероятно вся эта чехарда с оборудованием на Атлантиде стала возможной, что в конце войны там собрались почти все, кто смог сбежать с планет и аванпостов Древних. Как лантийцы, так и представители младших рас.

По словам Селиз, ген, имеющийся теперь Ларрин, не передастся по наследству. Он слаб, на уровне самой Селиз, может чуть сильнее. И в таких обстоятельствах он уже в следующем, максимум через одно поколение, станет латентным. При условии, конечно, что отцом ее ребенка не будет Древний.

Гребанная евгеника…

Но, чисто с научной точки зрения, ген Древних это весьма забористая штука. Достижение генетики, но не эволюции.

Ген пассивен по своей природе. Это не как в компьютерной игре «активная способность, нажмите F». Как гены, отвечающие за форму ушей, цвет радужки, крепость зубной эмали, так и ген Древних.

Наша маленькая доктор Моргающие Глазки провела небольшое исследование. Не для нас, не для Ларрин. Для Кирика. Даже ребенок видит как ее опекуну некомфортно.

Так вот, согласно ее выводам, которые частично смогла подтвердить Чайя, ген Древних функционирует путем выработки организмом ряда белков и ферментов, которые взаимодействуют с кожей, нервной системой и мозгом, позволяя носителям генов управлять древними технологиями одной лишь мыслью.

Учитывая его вполне конкретную направленность на взаимодействие с технологиями и абсолютную бесполезность его производных в обычной жизни, это подтверждает его искусственное происхождение в принципе. То есть речь не про младшие расы, а про сам ген, его происхождение у лантийцев.

На основании того, что я рассказал о гене Селиз и остальным нашим «лидерам направлений», девочка-медик зарылась в лабораторные анализы, модели и пришла к выводу, что ген-то, сука, с подвохом.

Начнем с того, что Ларрин, пусть этого и не знает, но подверглась не Древней генетической процедуре. Ее ген не привит.

Просто потому, что сделать это можно только ребенку и при определенных обстоятельствах, а точнее – при определенном развитии физиологии. Девочке откровенно повезло, что в ее организме имелись хоть несколько близких мутаций, чтобы ген прижился. Но в следующем поколении, как и с Ларрин, он зачахнет. И, скорее всего, навсегда.

Это указывает на то, что среди предков современных людей Пегаса есть потомки Древних. Но за условную сотню поколений привитые гены без подпитки такой же генетикой другого пола банально деградируют.

И ген Древних тут как раз погибает одним из первых. Он, сука, хрупкий, легко сломать. Ну или деградировать.

А, вот, если потомство будет наследовать ген от обоих родителей, то привитый ген будет крепнуть, пока не превратится в наследуемую часть ДНК. Ну или тут чуть более интересный коленкор – если ген изначально не мутационный, то есть не прививка, а получен от родителя, у которого он естественного происхождения, то гораздо больше шансов у полукровки на то, что он получит довольно сильный ген и передаст его дальнейшим поколениям.

Иными словами, привитый ген довольно легко вытирается из ДНК, а вот естественный, закрепившийся в ДНК на протяжении многих поколений, держится достаточно долго.

Нужно было посмотреть на лицо Требал, когда я рассказал ей, что в известных мне событиях некоторые Древние, ушедшие из Атлантиды десять тысяч лет назад, в будущем скрещивались с живущими на Земле людьми, из-за чего в будущем в программе земных «Звездных врат» были люди с природным геном Древних.

Дама, которая еще недавно рассказывала про укрепление крови, про брачные союзы между сильными ветвями генетики, хотела застрелиться, когда я рассказал ей про то, чем были люди на Земле десять тысяч лет назад.

Охота, рыбалка, собирательства, первые осмысленные поселения, где камни подкрепляли крышу, ракушки и блестяшки в качестве украшений. Вроде бы в то же время появились первые составные орудия труда, лук (палка с натянутыми на нее жилами животных), лодка (выдолбленный ствол большого дерева)… М-м-м… Даже если прикинуть, что лантийцы жили несколько лет, сомневаюсь, что они жили обособленно несколько тысяч лет, прежде чем сказали: «Ладно, эти парни больше не едят мясо сырым, пора скрещиваться».

Честно, стараюсь не думать об этом. Отвратительно.

Да, когда-то читал, что если бы ребенок того времени попал в актуальное для меня время на Земле, то не существовало бы кардинальных проблем в том, чтобы он научился всему тому же, что умеют и современные люди Земли.

Но рассказать об этом евгенестическим сторонникам было просто необходимо – как минимум, чтобы посмотреть на реакцию: «Чего, мать вашу? И эти люди говорили нам про чистоту крови и поиски в партнеры только физиологически, умственно и генетически развитых особей?».

Мне даже было жаль тогда Тейлу, авторитет которой в глазах обитателей Атлантиды вырос. Как-никак, а они не в пещерах живут.

Так вот, как бы мне не было отвратительно думать о том, как и в каком качестве Древние передали свой генетический код следующим поколениям, раз земляне получили ген Древних, тот факт, что прививаемый ген вырождался, говорило само за себя.

Генетическая терапия Древних это не просто «прививка для развития». Это способ манипуляции, контроля. Спрашивается, если всем доранданцам при принятии в «младшие расы», сделали чудо-прививку, то зачем Требал проводили инициацию? Ладно Чайя, ее народ с Древними не пересекался до тех пор.

Но доранданцы были к моменту начала войны уже давно знакомы лантийцам, младшая раса, все такое.

Чую есть один маленький неприятный секретик во всех этих евгенестических ритуалах. Либо лантийцы делали все же прививки не всем, и тогда логично, что привитые, смешиваясь с непривитыми, ослабляли ген и требовалась новая прививка. Либо жена самом деле потомство двух привитых людей не так уж часто наследует улучшенную генетику родителей.

Опять же, возьмем Требал. Ее отец – лантиец, носитель природного гена. Девушка уверена в том, что мать была носителем гена. Тогда зачем ей самой делали прививку гена? Зачем делали «разгон» для обучения? Она же должна была быть более развитой, чем простая доранданка. Неужели не могла впитать в себя знания без химии?

К сожалению, ответа на этот вопрос нет.

А то, что нам доступно в базе данных Атлантиды, попахивает на какую-то отцензурированную версию научного доклада для идиотов. Нет, серьезно, там описаний на три абзаца, без формул. Лишь текст в стиле «это работает вот так и нужно для этого».

Не нравится мне вся эта генетическая движуха. Не нравится мне то, что лантийцы, едва вышли на балующихся генетикой и аугментикой салюмай, накоротке с ними не сошлись характером, а затем заблокировали им врата. Не нравится мне и то, что следом прилетели рейфы. Не нравится, что против моих ожиданий, Ларрин могла поклясться, что Кочевники никогда не вламывались в лабораторию, не интересуются кибернетикой. На Салюмай их интересовали лишь металлы, технологии и продуктовые запасы на складах. Последних не нашли, как и про секретный бункер тоже.

Ихаарь отчасти подтверждает ее слова – по его мнению сканерами Кочевников только фотоны пугать. По сравнению со сканерами лантийцев (а именно благодаря им мы и нашли ту лабораторию), Кочевники вообще ничего не видят со своими приспособлениями.

Но, так или иначе, а у Ларрин и нескольких людей из ее народа есть кое-что интересное. Называется «рецессивный ген Древних».

Есть гены доминантные, те, которые работают в организме и формируют наше тело, здоровье, цвет кожи, волос, глаз и так далее. А есть подавленные, рецессивные гены. Которые просто есть.

И сделать рецессивный ген Древних доминантным, работающим, как у нас, весьма сложно. Естественным путем – практически невозможно, по крайней мере у носителя. В будущем поколении – да, может быть. Условие мы помним.

Согласно теории Селиз и с ней согласна Чайя, на самом деле земляне не прививали ген Древних друг дружке, когда оказались в Атлантиде, отрезанные от Млечного Пути. Они использовали какие-то генетические процедуры для того, чтобы запустить рецессивные гены.

Свой вывод она сделала исходя из особенностей доминантного и рецессивного гена Древних. Так вот, рецессивный даже с медицинскими технологиями Древних сложно обнаружить. Особенное если не знать, где он спрятался целиком. Ибо эта сука раскидана по всей цепочке ДНК. Если не знаешь что он из себя представляет целиком, то каждая его часть выглядит просто как генетический мусор. Как аппендикс в организме. «Ну, если есть, значит он важен, давайте придумаем зачем».

- В противном случае, если они реально нашли способ, например, особый ретровирус, чтобы прививать ген людям, то они умнее меня, - резюмировала Селиз. И попросила моего разрешения на то, чтобы заняться этим исследованием.

Если Древняя генетическая терапия работала только на детях и только с хотя бы минимальными данными по физиологии, то из сериала я помнил, что медик землян именно прививал ген. Правда… У него вроде бы пара лет была перед этим, и полжизни медицинской практики, так что… В общем именно так я успокоил девушку, говоря о том, что у нее еще все впереди.

Процедура «активации» Ларрин была… Нетривиальной. Разработка актуального ретровируса, чтобы активировать ген, даже для Селиз или Чайи могла занять месяцы. А Кочевникам на Эрмене наша помощь была нужна уже сейчас. Нет, это не было полноценным обманом или около того…

Мы честно сказали Ларрин, что применим на ней Древнюю генетическую терапию для детей. Была теория, что такой заряд мог бы разбудить ее ген и сделать потенциально сильнее.

Активировали.

Но сильнее не сделали.

Радует то, что по факту эта терапия не должна причинять вреда организму, если не сработает. Кирик и Альвар подтвердят.

Но и «активировать» кого-то, кроме Ларрин на данный момент я не собираюсь. Да, соблазнительно потратить время и провести генетическую терапию всем Кочевникам на Эрмене с мыслью: «Ну, а вдруг?».

Вот только благодаря Селиз мы стали умнее. И тратить свои ограниченные ресурсы на подобную глупость не будем.

Да, среди Кочевников на Эрмене есть люди, носящие спящий ген. Есть люди, у которых есть некоторые генетические маркеры, которые нужны для удачной имплантации генов. У Кирика и Альвара, например, их не было в принципе и, скорее всего, терапия потому и не сработала.

Но создавать кучу «Древних» из условно лояльных нам Кочевников я не собирался. Мне хватает и условно лояльных доранданцев, которые с геном, но могут и не присоединиться к нам. Зачем самому себе создавать проблемы?

Чайя, согласившаяся с «активацией» Ларрин, выдвинула гипотезу, основанную на своем становлении в окружении Древних технологий, что частота их использования может помочь работать с ними более комфортно. По ощущениям Селиз это именно так.

Сильнее ген не будет, конечно, но, по крайней мере использование технологий разовьет навыки «привычности». Это как с управлением автомобилем – мастерство приходит с опытом.

Будем надеяться на то, что и Ларрин со временем перестанет шарахаться от штук, которые включаются только в ее руках. Но «Ареса» она боится как огня. Как и Требал. Чайя дипломатично предпочла не жертвовать самооценкой со словами: «Я ученый, а не командир корабля».

В общем-то проблема не категорична, если не управлять кораблем ментально. Мне вот, проще делать это силой мысли, потому что кнопки и оборудование для меня (надеюсь пока) сложно. А вот командовать не вставая с кресла – да, легко.

Ларрин же… В принципе она и собранный из техников будущий экипаж «Ареса» могут управлять звездолетом и при помощи пультов по всему кораблю. Вот только пока что никто, включая меня, не решился садиться в кресло управления. Ибо, если верить схемам (а никаких оснований считать, что они нас обманывают), кресло на корабле стоит точно такое же, как и на Атлантиде.

То есть не «усеченная» версия, как на «Гиппафоралкусе». И с него можно управлять чуть ли не всеми системами корабля – если у тебя нужная сила гена. У меня – нужная. Для остальных это не более чем единственное средство запуска самонаводящихся снарядов, главной огневой силы линкора.

Впрочем, на «Аресе» стоят импульсные пушки последнего, экспериментального поколения. И сверхреакторы у него мощнее, что дает орудиям, щитам, двигателям больше питания. А, следовательно, и делают его без МНТ на порядок сильнее «Гиппафоралкуса».

В общем, во всем этом генетическом безобразии без специальных познаний и рассмотрений под микроскопом, можно копаться днями и месяцами напролет, строя различные и самые дикие догадки.

Я предпочел больше не участвовать в этих научных диспутах, чтобы не плодить ложных догадок. Вот пусть Селиз проведет свои сто-пятьсот опытов, построит модели, откинет однозначно глупые предположения, которые я рождаю уже на фоне бессознательного отвращения к лантийцам, и там уже поговорим.

Пока что у нас есть задача попроще и поинтереснее.

- Михаил, - ожил наушник коммуникатора голосом Кирика. – Врата активируются с той стороны.

- Внимание, - объявил я на общей частоте, в очередной раз проверив свой «Алаш». Для этой миссии нам было нужно наиболее простое из смертоносного оружия. – У нас гости. Альвар, Ихаарь, у вас все готово?

- Можем запустить установку в любое время, - заверил старший инженер. – Напомню, что у нас будет всего десять, максимум пятнадцать, минут, прежде чем нужно будет отключить «глушилку». На это время у нас не будет радиосвязи и не будет работать энергетическое оружие.

- Дрянная идея, - покачала головой Ларрин, сунув в набедренную кобуру «частотник». Перекинув со спины болтающийся на ремне «Алаш», она дернула затвор, приводя оружие в боевое состояние. – И оружие тоже дрянь.

Причем последнее – это коллективное мнение Кочевников. Им, дескать, с «частотниками» привычнее. А то, что у них собственного оружия такого типа – один «пистолет» на сто человек населения колонии – это уже «другое». Впрочем, я никого не заставляю – не хотят иметь на вооружении стандартизированный под наши калибры огнестрел в целях самозащиты, их дело.

Им, видите ли, привычнее обращаться с более знакомыми и привычными для галактики видами огнестрельного оружия: сатедианское или дженайское. Последнее так называется лишь теми, кто знает его происхождение, ибо для большей части галактики они просто фермеры.

А вот сатедианское… Это фактически раритет.

В галактике хорошо известно то, что Сатеда была одним из последних, до Эрмена, миров, которые рейфы проутюжили, не пощадив практически никого. Где-то в разных мирах ходят слухи, что гордые и воинственные сатедианцы все же спаслись, но по факту… Кочевники, например, никого такого не знают.

Да и мне как-то все равно до сатедианцев в принципе. Помнится, в сериале не так много хороших людей из их числа.

А вот конкретно один сатедианец, Ронон Декс, меня интересует. Но встреча, судя по всему, затягивается.

- Гипертоннель установлен, - продолжал информировать нас Кирик. – «Стрела», две, три, пять. Пять «стрел» и отряд примерно в пятьдесят рейфов прошел через врата. Направляются к вам. Десять отрядов по четыре солдата и одному командиру или рейфу-охотнику в каждом. Вооружение стандартное.

- Подтверждаю, - сообщил мне Ихаарь. – «Стрелы» пересекли центр локации, пехота противника так же в зоне поражения.

В отличие от Кирика и его отряда, старший инженер использовал не только лишь оптические средства наблюдения, но и лантийскую технику.

- Уж не маловато ли нас для борьбы с такой оравой? – прошипела Ларрин, посмотрев на меня укоризненным взглядом. – Миша, если погибнет кто-то из моих людей только потому, что у тебя нет запасного плана…

- Нужно приготовиться к бою, - сказала Тейла, смещаясь к левому флангу старой стены разрушенного дома, за которой мы прятались.

- Все учтено, - заверил я Ларрин, проверив, на месте ли мой персональный щит и подготовлены ли к бою эрменские гранаты.

В воздухе уже слышались завывающие протяжные звуки летящих «стрел». От них как-то в душе все замирало, начинали потеть руки… Это нормально, учитывая то, что мы отчетливо видны на сканерах «стрел».

Двенадцать человек рядом с действующим медальоном-передатчиком, созданным для отслеживания людей с генами Древних. Немудрено, что как только «стрелы» обнаружили наше присутствие и численность, то в дополнение к истребителям, они вызвали еще и «пехоту».

В ночной темноте отчетливо виднелись активированные собирающие лучи рейфовских истребителей, надвигающиеся на нас.

Разум как-то обыденно просчитал ситуацию…

- Ихаарь, запускай, - приказал я, когда до ближайшего луча осталось метров двадцать. На сканере отчетливо виднелось, что масса рейфов уже находится там, где нам нужно. Обходят, охватывают фланги на тот случай, если мы сумеем вырваться из-под сбора.

- Активирую ЭМИ-генератор, - предупредил Ихаарь.

В эфире сразу стало тихо. Даже статических помех не осталось.

Пропали звуки рейфовских истребителей, растворились их собирающие лучи. Лишь звуки падающих с высоты полусотни метров «стрел», которым уготовано врубиться в землю далеко за нашей позицией.

Итак, операция «Поймай побольше рейфов» началась.