Илья Модус

Истребление. Глава 110. Общий доступ в полночь по МСК

Added 2024-02-08 11:21:51 +0000 UTC

Камрад Grey Cat одобрительно кивнул: «Жги дальше!»

Ну, зажжем.

Желаю приятного прочтения.

У нее был достаточно опытный экипаж, чтобы управлять «Гиппафоралкусом» без ментального контроля. Если говорить на чистоту, то Требал так или иначе отобрала в урезанный в двадцать пять раз от положенного по штату экипаж самых лучших из тех, кто остался среди спасшихся на «Авроре».

Ну, а если говорить вот прям совсем честно, то после гибели «Авроры» в ее экипаже осталось слишком мало предельно компетентных разумных. Что не исключало того факта, что они все же необходимы.

Рисковать своими мозгами и подключать контрольное кресло ко всем системам звездолета она не собиралась. Ни в этой жизни.

Она достаточно насмотрелась на Михаила в состоянии «овощ запеченный», чтобы вернуть настройки пункта управления дронами в изначальное состояние. Честно говоря, она бы еще и панель доступа к кристаллам управления креслом заварила. Но тогда ни о какой легкости доступа технической бригады для обслуживания систем и говорить не приходилось.

Прошло всего пять минут сражения, а новости, которые ей сообщал Ихаарь по интеркому, были… неоднозначными.

Союзный улей получил значительные повреждения, потерял до сорока процентов своих внутренних отсеков, переживших разгреметизацию в результате атаки крейсеров и «стрел» противника. От парочки кораблей-ульев противника союзникам (бр-р-р-р, аж мурашки по коже от таких мыслей) тоже досталось, в результате чего половина артиллерии правого борта, пункт управления «стрелами», часть двигателей справа на корабле Алебастр разбиты просто в хлам. Она потеряла в скорости, в мобильности и маневре, больше похожая сейчас на мишень, чем на боевой корабль.

Впрочем, если она подохнет вместе со своей посудиной, Требал будет переживать только за Сайю. Киборг оказалась невероятно полезна. И смертельно эффективна. Вот то, что она творила с рейфами в наземном бою, явно указывало на то, насколько эффективными могут быть лантийские технологии, если пустить их в правильное русло.

«Быстрый» капитана Лабрея, несмотря на то, что занимался перехватом «стрел» противника и прикрытием союзного корабля-улья, получил серьезные повреждения. Его щиты на минимуме, из-за перегрузок вышел из строя вспомогательный реактор, жизнеобеспечение на миниуме, до трети орудийных точек уничтожены. И, если бы Алебастр не поставила сейчас свой корабль поперек курса обстрела, который вели по кораблю Кочевница два других корабля-улья, то Лабрея и ее экипаж даже эвакуироваться бы не успели.

«Стойкий», пусть и не без помощи, но разделался с двумя из пяти крейсеров рейфов. Один сейчас сгорал в верхних слоях атмосферы мертвой планеты. Второй же крупными кусками органического металлолома расстреливался по ходу сражения обеими сторонами. Как-никак, а воевать в облаке обломков, каждый из которых может повредить твою защиту, то еще удовольствие.

Из положительного, кроме сокращения флота неприятеля на два звездолета, можно отнести еще и тот факт, что Алебастр, Лабрея и союзные «стрелы» смогли вывести из строя гипердвигатели всех оставшихся звездолетов противника. Королева даже умудрилась как следует навялять одному вражеских кораблей-ульев и тот сейчас дрейфовал в космосе, выбрасывая атмосферу из многочисленных пробоин.

Так же они потеряли двадцать «стрел», но среди дюжины выживших были и Кирик, и Альвар. Что не могло не радовать.

Требал со злорадством подумала о том, что даже бывший «беглец», опекун Селизы, в разы лучше управляется со «стрелой», чем солдаты-рейфов. По правде, пилотировать «стрелы» должны были младшие командиры рейфов, так называемые клинки. И вот они в космическом бою прям виртуозы.

Но, похоже на то, что у неприятеля как-то не задалось с тем, чтобы набрать в свои эскадрильи пилотов-асов. У девушки складывалось мнение, что солдаты-рейфов сидят за штурвалами с обеих сторон конфликта.

Иначе как можно объяснить тот факт, что такая большая и сравнительно медленная цель, как «Быстрый» (медленная по сравнению со «стрелами», конечно же), уже записала на свой счет полсотни вражеских истребителей? А остальные союзные «стрелы» почти столько же суммарно.

Итого, можно сказать, что две пятых вражеской армады они уничтожили. Ну, по боевой силе больше, конечно, тянет на три пятых.

А, с учетом того, что питаемый МНТ «Гиппафоралкус» наконец-то прибыл из своей точки дрейфа за пределами этой звездной системы, то рейфам лучше всего сейчас начать плакать. Если, конечно, они сейчас это могут сделать.

Перед Требал развернулся персональный экран, на котором возникли сведения о состоянии «Гиппафоралкуса», остальных кораблей и их взаимного расположения.

Рейфы, опешив на мгновение от происходящего, тут же перенесли концентрированный огонь из всех орудий на лантийский линкор. Что ж, их выбор. Зато это позволяет «Стойкому» выйти из-под обстрела и зайти в хвост одному из трех крейсеров рейфов.

Нанеся противнику существенные повреждения, капитан Асан тем временем отвлек одного из врагов на себя и чуть в стороне от общего поля битвы завертелась маневренная и безжалостная карусель.

- Говорит лантийский боевой корабль «Гиппафоралкус», - Требал открыла канал связи со всеми звездолетами в зоне досягаемости. – Всем кораблям рейфов немедленно отключить двигатели и заглушить реакторы, готовьтесь принять абордажные команды на…

- Командир, они отвечают, - сообщил ей Ихаарь. – Не сообщением, а увеличением интенсивности обстрела. Щиты на девяноста процентах и падают.

- Что ж, я сделала все, что могла, - усмехнулась Требал, прекрасно понимая, что это никогда бы не сработало. За исключением корабля Алебастр, которая, просто физически уже не могла развить хоть какую-то серьезную активность. – Ихаарь, импульсные орудия в автоматический режим, охотимся за «стрелами». И приглядывайте за обоими поврежденными кораблями-ульями.

- Ты про один вражеский, а второй – союзный?

Требал хотела было сказать, что нет у них союзников среди рейфов, лишь временные «попутчики». Но предпочла ограничиться коротким:

- Да.

Закрыв глаза для лучшего контакта с ментальными настройками и механизмами контрольного кресла, девушка почувствовала, как под ее телом спинка отклоняется, позволяя ей занять почти горизонтальное положение. Так легче концентрироваться на происходящем, а во время длительного полета или сражения тело не одеревенеет так быстро, как было бы в положении сидя.

«Базовая» модель кресла позволяла использовать в целях управления самонаводящимися снарядами лишь ограниченное количество систем и устройств корабля. И уж точно не управлять ими.

Зато она по крайней мере могла получать прямо в разум картинку со сканеров, отражающих ситуацию вокруг. В том числе и пришедшиеся на боковые щиты попадания от прицельного выстрела противника.

«Гиппафоралкус» вступает в бой.

И она точно знала, что из двух кораблей-ульев противника только один может сейчас доставить обоснованные проблемы. А второй – сейчас не серьезные, а вот чуть позже, когда восстановится – да.

Боеспособный корабль-улей рейфов обрушил на «Гиппафоралкус» залп из носовых орудий. Ориентированный прежде на обстрел звездолета Алебастр, этот корабль для эффективного противостояния должен был произвести маневрирование.

Но Требал не собиралась позволять этому или какому-то еще звездолету нанести повреждения ее линкору. ЕЕ линкору!

Она сконцентрировалась на главном оружие лантийского корабля, машинально приказав распахнуть пусковую шахту. И уже через мгновение получила подтверждение о том, что слева приближаются крейсеры рейфов.

Противник не блистал изящностью в своей тактике, что довольно странно вообще-то. Десять тысяч лет они были куда как искуснее в маневрах с большим количеством кораблей на своей стороне.

В глубине корабля ожили десятки самонаводящихся снарядов, дав обратную связь инициатору своего запуска: они готовы к выполнению поставленной задачи. Требал это знала и так, поэтому привычно дала мысленное целеуказание на неповрежденный корабль-улей противника.

И снаряды услышали ее.

Существуют небольшие хищники, которые едва ли могут убить крупную дичь в одиночку. Поэтому обычный их рацион это небольшая добыча. Та, которая по силе одиночке. Но стоит этим хищникам собраться в стаю ради крупной цели… Становится уже не важно сколько именно они потеряют своих сородичей в неравной битве.

Дичь будет добыта.

Так и с самонаводящимися снарядами лантийцев.

Доранданка выпустила наружу свой смертоносный рой.

«Гиппафоралкус» атакует.

Требал почувствовала и мысленно потянулась вместе со снарядами к цели, продолжая поддерживать в них свое желание. Этот корабль-улей должен быть уничтожен. Непременно. «Стрелы», которые встали у нас на пути, это ничто. Следует их обходить. Да, вот так, у нас, снарядов, отличная маневренность и этим истребителям за нами не угнаться.

Внезапно она почувствовала, что часть антенн, выведенных в переднюю полусферу корабля, перестала отвечать. Их будто срезали…

И это стоило ей всех выпущенных тридцати снарядов.

Три смогли сбить вражеские «стрелы». Остальные, потеряв ментальное управление всего лишь на мгновение, превратились в безобидные, похожие на спрутов создания, неразличимые в черноте космоса.

Вот только Требал переключилась на запасные антенны и все ее смертоносные хищники вновь обрели силы и бросились в бой.

Так было бы правильнее, несмотря на то, что снаряды и сами могли доставить рейфам неприятность.

Компьютер наведения боеприпаса в принципе сохраняет информацию о «своих» и «чужих», предоставляемую креслом управления. Даже если связь с креслом прервана, снаряд, потеряв сигнал, должен через пару секунд переключиться на автоматическое наведение. При условии сохранения энергии в снаряде, если он достаточно близко к последней цели то продолжит ее уничтожение.

Если же снаряду не будет предоставлена информация о прицеливании при запуске, он просто отыщет ближайшую действительную цель и будет преследовать ее до достижения успеха или получения иных инструкций. Младшие расы были в восторге от того, как снаряды доказали свою способность самостоятельно искать, отслеживать и поражать цели, уклоняться от огня направленного на них оружия и преодолевать любые препятствия на своем пути.

Но мало у кого из операторов кресел, за исключением лантийцев, асуров и ятранцев получалось запускать снаряды едиинообразно в одну цель. У младших рас такое получалось редко и по большей части они направляли один поток на главную цель, а второй, рассеянный, на второстепенные. И в результате столкновения с кораблями рейфов, первым уничтожался звездолет, а вторым – его сопровождение из «стрел».

- Ихаарь, у нас проблемы с главными датчиками наведения.

- Я знаю! – огрызнулся старший инженер. В напряженной обстановке он всегда отвечал резко, без каких-либо уважительных ноток. Требал подозревала, что это происходит как раз для того, чтобы его оставили в покое и позволили заняться работой, которую он знает лучше.

Правда, было подозрение, что в изменчивости опасных ситуаций верх над Ихаарем брал страх и именно он отключал на время центры торможения в мозгу.

- Что происходит? – спросила Требал. – Как они пробили наш щит?

- Никак! – рявкнул Ихаарь. А затем обратился явно к рулевому. – Отворачивай от него, у нас весь нос открыт! Один залп и у нас появится точная копия «Авроры»! Быстрее!

- Ихаарь!

- Сгорели предохранители проектора щита в носовой части или сами проекторы там же, точно еще не знаю, - сказал старший инженер. – Похоже, что цепи питания не выдерживают питания от МНТ. Орай мне в соседи! Его следует немедленно отключить!

- Почему?

- Потому что наши цепи в более худшем состоянии, чем я думал! – судя по отдышке, старший инженер уже бежал куда-то. – Основная силовая шина имеет поглотитель колебаний энергии на выходе. Это устройство невозможно сломать!

- Но…?

- Оно сгорело, когда МНТ отреагировал на концентрированный обстрел корабля превосходящими силами рейфов! – сказал Ихаарь. – Видно микродефекты, которые не заметила диагностика.

Требал направила стаю самонаводящихся снарядов к кораблю-улью, отдав им последний ментальный приказ перед атакой.

И в следующую минуту рейфы должны были горько пожалеть о том, что не согласились сдаться.

В активном состоянии снаряд излучает энергетическое поле, способное прожигать практически все формы обычной материи, а также позволяющее ему с легкостью пробивать энергетическую защиту. Это не только делает лантийский боеприпас способным наносить серьезный урон одним ударом, но и позволяет ему совершать несколько атак по одной цели, прежде чем у него закончится энергия.

Самонаводящиеся снаряды - это высокоточное оружие, предназначенное для нанесения огромного урона небольшим целям, ничего не разрушая вокруг них. Это делает их идеальными в качестве средств борьбы с истребителями или противокорабельными орудиями, но менее эффективными в качестве средств наземного подавления, несмотря на их низкий сопутствующий урон.

Снаряды не просто так назвали самонаводящимися.

Вообще-то лантийцы применяли их в прошлом, до начала войны с рейфами по тактике «выстрел-забыл», так как снаряд обладает достаточно развитой системой самонаведения, чтобы обнаружить вражескую цель и не повредить союзную, даже если последняя на пути к первой.

При атаке большой группой дроны используют тактику роения, чтобы максимизировать урон, окружая цель и атакуя ее со всех сторон. Все дроны, которые остаются активными после завершения атаки, возвращаются на хранение для последующего использования. И лишь это радует, когда ты выпускаешь их сотнями.

Лантийцы сконструировали их таким образом, чтобы снаряды сами автоматически обнаруживают и нацеливаются на них, а несколько десятков дронов разнесли корабль-улей на части менее чем за минуту. Но лишь в том случае, если арсеналу были загружены подобные данные. В противном случае снаряды будут искать уязвимости методом проб и ошибок.

И, к несчастью вражеского корабля-улья, современные лантийцы знали о том, где у рейфов имеются слабые места.

Требал ощутила, как корабль-улей противника, что до сих пор зализывал свои раны, так же подключается к сражению. Похоже, что они обнаружили отключение передних щитов корабля и падение мощности в общей защите, раз решили рискнуть своим ущербным вооружением и побитым кораблем.

А, может они просто надеялись на то, что беспроводная передача энергии снарядам от источника питания сыграет сейчас на стороне рейфов. Ведь, если щиты упали, то с энергией на лантийском корабле проблемы, не так ли?

Ну что ж, может уничтожение соседнего корабля подействует на них отрезвляюще. Впрочем, вряд ли.

Требал ощущала, как «Гиппафоралкус» начинает отворачивать от звездолетов противника. Одновременно с этим она могла наблюдать с помощью данных, поступающих от датчиков и сенсоров корабля, как крохотный рой выпущенных ею снарядов буквально перепиливает вражеский корабль-улей.

Лантийские снаряды в действии.

Может быть органическая броня рейфов и более крепкая, чем у металлические сплавы лантийцев, но кому какое дело до этого, когда есть снаряды?

Требал машинально отметила, что от участвующих в сражении снарядов в арсенал поступила информация об особенностях этого улья. Он был изменен, причем довольно значительно. Не только изнутри, но и снаружи – известные лантийцам уязвимости этого корабля оказались под защитой органической брони.

Что ж, теперь ясна причина перерасхода снарядов.

«Гиппафоралкус» ощутимо тряхнуло.

- Ихаарь!

- Щит в средней секции отказал! – огрызнулся он. – Я делаю что могу, но без регулятора мощности.

Второй корабль-улей откровенной уже надоел. Требал сконцентрировалась на нем , направляя еще одну группу дронов, но в этот самый момент линкор сотрясла целая серия ударов.

Подсветка контрольного кресла погасла. Спинка вернулась в первоначальное положение. Девушка распахнула глаза и поняла, что ее окружает полутьма – работали лишь аварийные светильники.

- Ихаарь, кресло без питания!

- Знаю! У нас половина корабля без питания! Крейсера снесли нам вспомогательный распределительный энергоузел и повредили половину сверхреакторов! Нужно покинуть корабль! Еще залп и мы все погибнем!

Девушка на мгновение опешила.

Как это так?! Ведь у них есть МНТ, есть боеспособный линкор, есть целый арсенал снарядов, который она так и не смогла реализовать… Что еще обиднее, так это то, что она даже выпустить их сейчас все не сможет.

Часть конечно будет израсходована, уничтожая рейфов, но, зато другие окажутся инертны и «Арес» сможет забрать их…

- Есть связь с Михаилом!?

«Гиппафоралкус» вздрогнул еще раз.

- Нет! Передатчик разнесли, половину систем тоже! Требал, я забрал МНТ, иду в ангар. И тебе нужно прибыть туда же! Экипаж уже должен быть в «джамперах». Нужно уходить, «Гиппафоралкус» больше не боеспособен и мы погибнем вместе с ним!

Девушка, подавив в горле ком боли с чувств выбежала в коридор.

- Иду в ангар.

Корабль – просто корабль. Как бы ты его не полюбила. Жизнь членов экипажа – гораздо важнее.

Взрыв контрольной панели отбросил ее на стенку коридора прямо напротив растрескавшегося иллюминатора. Девушка подняла взгляд, увидев как последний корабль-улей и два крейсера собираются вместе, выпуская свои шаттлы, а так же ведя огонь по импульсным пушкам лантийского линкора.

Те, судя по желтым росчеркам энергии, продолжали войну за счет питания одного из сверхреакторов. Немудрено, что это не нравилось рейфам.

Один из кораблей Кочевников – Требал так и не поняла, «Быстрый» это или «Стройкий», попытался отвлечь огонь на себя, но пять кораблей рейфов – прибыл еще один крейсер, довольно избитый на вид, - отогнали храбрый звездолет.

Он попробовал сделать это еще раз, перехватывая своими щитами огонь противника по испепеляющей рейфов артиллерии лантийского линкора.

Требал на мгновение подумала, что тактика Михаила – продемонстрировать всего один линкор Древних, о котором и мог только знать Падальщик, весьма действенна. Ведь Стикс явно намеревался сперва вытащить все силы своих врагов – и не обязательно, что он думал о том, что это будут лантийцы – а потом прибыть для завершения драки лично. И держать «Арес» в резерве было разумно.

Ну или, раз он пропал со сканеров, то вполне мог бы и просто отправиться по своим делам. И вообще не прибудет на эту встречу старых врагов.

И тогда показывать «Арес» вообще нет никакого смысла – чем меньше рейфы будут знать о военной силе Атлантиды, тем лучше.

Потому что одного «Гиппафоралкуса» хватило бы на то, чтобы уничтожить весь флот рейфов.

Если бы только Требал могла запустить разом несколько сотен снарядов для разных целей.

Если бы МНТ не сыграл злую шутку.

- Рейфы! – раздался истеричный голос Ихаря по коммуникатору. – Рейфы!

- Ихаарь!? – девушка поднялась на ноги, стараясь связаться со старшим инжнером. Но не получалось – он или не слышал вызова, или уже не мог ответить.

Девушка обратила внимание на то, как в иллюминаторе наползает туша корабля-улья рейфов. Истерзанная, демонстрирующая многочисленные дыры, рассыпающая из своих недр многочисленные обломки, посудина двигалась медленно…

И перекрывала остальным звездолетам рейфов возможность обстрелять лантийский линкор. На несколько минут, если быть точнее.

Требал увидела, как с борта этого корабля вылетел крупный корабль рейфов. Крупный, по сравнению со «стрелой», конечно. И устремился он прямиком в ангар лантийского линкора, куда только что занырнул точно такой же кораблик.

Девушка похолодела.

Абордаж.

Чего и следовало ожидать – противник намерен захватить относительно боеспособный корабль, чтобы использовать его в своих целях.

Доранданка выхватила свой «частотник», переключила его в режим убийства и искренне понадеялась на то, что Ихаарь, часть экипажа и МНТ покинули борт обреченного звездолета и…

Иллюминатор вспыхнул бело-голубой вспышкой, в которой разлетелся на куски побитый корабль-улей противника. В корпус «Гиппафоралкуса» впились шесть разнокалиберных зарядов – промахи рейфов. Впрочем, лишние разрушения на корабле, который хочет захватить враг, ведь не лишние, не так ли?

А, затем обзор на четверку звездолетов рейфов заслонил вполне себе знакомый корпус лантийского линкора.

Вспыхнувшие желтым щиты «Ареса» впитали в себя энергию рейфовских попаданий, после чего бортовая артиллерия прибывшего звездолета развернулась в сторону противника.

«Арес»-спасатель.

И пушки флагмана заговорили одновременно с тем, как на фоне линкора появились спешащие к «Гиппафоралкусу» «прыгуны».

И стрелы.

Много стрел.

Требал не успела порадоваться тому, как взорвался первый крейсер рейфов, не выдержав напора корабельной артиллерии «Ареса», как улыбка сползла с ее лица.

Чуть «выше» и дальше агрессивно деклассируемых из класса «космические корабли» в класс «какой-то металлолом» «Аресом» звездолетов противника открылось окно в гиперпространстве.

И к трем побитым звездолетам рейфов присоединились еще три.

Падальщик прибыл.

- Срань Орайя, - простонала девушка, не глядя выстрелив в появившегося в коридоре солдата-рейфа. – Что ж за день-то такой?!