Илья Модус

Истребление. Глава 34. Общий доступ в полдень по МСК

Added 2024-01-01 14:31:01 +0000 UTC

Аноним сказал: «Между первой и второй – промежуток не большой»!

А потому, новая внеочередная прода!

Желаю приятного прочтения)

Сквозь толстый слой воды ничего не было видно. Сколько бы она не стояла, задрав голову, все казалось таким… Таким… Непрозрачным. А ведь так хотелось увидеть как корабль Древних отправляется! Несколько раз она видела, как это делали корабли рейфов.

В небе появлялось тусклое сияние. Всего лишь на короткий миг, но это было красиво. Правда, после такого Кирик всегда говорил, что следует поскорее спрятаться, ибо за ними скоро придут.

Сейчас они в безопасности. Он так говорил. И девочка привыкла верить своему спасителю.

На балкончике, который примыкал к пункту управления Атлантиды было холодно. Поэтому, чтобы не замерзнуть, Селиза завернулась в теплый плед. Она не думала, что Кирик будет ругаться на нее за то, что взяла предмет из его комнаты. Он вообще редко когда на нее ругался – только тогда, когда ее действия могли привести к смертельной опасности. В первую очередь для нее самой.

Так что, скорее он отругал бы ее за то, что она вышла на балкон, чем то, что стащила с его постели…

Додумать мысль она не успела – за спиной с тихим шипением распахнулась дверь, ведущая на уровень пункта управления городом. Девочка, пусть и понимала, что это невозможно, но не смогла сдержаться от радостного и полного надежды вскрика:

- Кирик!

Однако, стоило ей повернуться, как она поняла, что ошиблась.

- Не совсем, - произнесла Чайя, подходя к девочке. Древняя встала рядом, зеркально повторив ее действие.

Селиза смотрела на то, как прекрасная молодая женщина, которой она тихонько восхищалась, сейчас стояла, задрав голову, совсем так же, как это делала и сама Селиза минуту назад.

- Когда я была маленькой, то любила приходить сюда и смотреть на ночное небо, - неожиданно произнесла Древняя. – Казалось бы… Что в этом может быть необычного? Свет далеких сгустков водорода и гелия, сжатых магнитными полями, да бесконечный вакуум… С точки зрения физики, любоваться ими абсолютно бессмысленно. И тем более наслаждаться ими вблизи без защитных приспособлений. В вакууме ты умрешь от недостатка кислорода, а звезды… Приблизься к ним без мощных щитов, и ты быстрее умрешь от звездной радиации… Но они на протяжении тысячелетий приковывают пытливые и увлекающиеся умы к себе. Я помню, как смотрела на звезды на Прокулусе в тот день, когда пришли лантийцы… Я знала многое о науке, поэтому не слишком удивилась тому, что пара симметрично расположенных «звезд» вдруг стали двигаться ко мне, увеличиваясь в размерах…

Селиза молчала, слушая откровение. Она не понимала по какой причине Древняя делится с ней подобной информацией, но… Даже не собиралась прерывать этот рассказ. Да и кто бы отказался послушать историю из жизни Древней?

- Они пришли на Прокулус, - Чайя грустно улыбнулась. – Я помню, как не могла сказать ни слова. Ведь я только собрала и запустила сверхмощный передатчик – по моим тогдашним представлениям, чтобы связаться с другими цивилизациями. Я смогла подключиться к звездным вратам на орбите планеты. Как оказалось, это было именно то, чего они ждали, чтобы счесть расу достойной первого контакта. И вот, они прилетели… Такие же как и мы. Их вел генерал Гиппафоралкус. Он был настолько рад тому, что увидел. Я помню как он радостно сообщил мне о том, что наш вид достиг такого уровня развития, что лантийцы хотят познакомиться с нами, приобщить к высокой культуре и накопленным за миллионы лет развития знаниям. Тогда война с рейфами шла в полном разгаре, и… Тогда я этого не понимала, но лантийцы нуждались в солдатах. И на моем примере решили, что мы отлично подходим. А я… Я была настолько впечатлена его рассказом об Атлантиде, о Древних и прочем, что даже не посчитала нужным объяснить ему, как жестоко он ошибается. Он хотел получить целую высокоразвитую расу, а получил лишь меня… И глубокое недоверие со стороны остальных Древних. Я навсегда запомню его слова: «Ты мое величайшее достижение. И самая большая ошибка».

- Ошибка? – охнула девочка. – Но вы же такая… Такая… хорошая! Как они могли считать, что вы плохая?

- Хороший, плохой, - грустно улыбнулась Чайя. - Нет никакой разницы. Важно лишь то, у кого наилучшие технологии. Это правило соблюдалось до войны. И стало неукоснителньым после того, как лантийцы обожглись на моем народе.

- Обожглись? – эхом повторила Селиза.

- Я была первой, кого они встретили на Прокулусе, - сказала Чайя. – Генерал Гиппафоралкус оказался так впечатлен моими познаниями, суждениями и взглядами не только на науку и окружающий мир, но и духовность человеческой расы, что немедля организовал на планете аванпост. Он не слышал никого из своих подчиненных, занятый разговорами со мной. Мы отправились на Атлантиду, где он под всеобщее ликование рассказал им о моих достижениях. Он был их героем, лучшим во всем. Ему безоговорочно верили. Немудрено, что они тогда были воодушевлены его рассказом. Ведь я была одной из первых, кто примкнул к ним в составе молодых рас. Они сделали меня Древней и ожидали прихода новых и новых прокулусианцев, которые могли бы влиться в их оскудевшие ряды… И каково же было их разочарование, когда из тысяч моих соотечественников под их критерии развитости попала лишь я одна. Они были в бешенстве, но ничего уже не смогли сделать. Они нарушили свое правило – не вмешиваться в развитие примитивных рас, и уже не могли отыграть это назад. Лантийцы мечтали об армии, а получили лишь одну меня.

- Но… почему они злились на вас, а не на себя? Ведь это они ошиблись.

- Когда живешь тысячу и более лет, трудно признавать свои ошибки, - вздохнула Чайя. – Особенно, когда ты самая высокоразвитая раса в нескольких ближайших галактиках. Я пыталась показать им, что мой народ достоин пройти по проторенному мной пути… Но ничего не вышло. Я многое сделала для того, чтобы дать им понять – слабое развитие цивилизации не приговор. Что другие люди тоже достойны влиться в состав младших рас. Но они были непреклонны. Из-за моей напористости, меня изгнали из Атлантиды. Я присоединилась к одной младшей расе и до самого конца пыталась показать, что я не черная дыра среди молодых звезд… - Чайя помрачнела. – Но сделала только хуже. Меня повторно изгнали, без возможности покинуть Прокулус. Я ничего не смогла сделать, когда пришли рейфы. И мне никто не помог, чтобы остановить все это…

- А генерал… Гиппо… Гиппа… Гриппа…

- Гиппафоралкус погиб в разгар войны. Его корабль заманили в засаду и захватили. Благодаря этому у рейфов появились лантийские источники питания, что позволило им выстроить новую тактику. Он успел вознестись, стать чистой энергией. И помог мне сделать тоже самое, когда на мой мир напали. У меня появилась сила уничтожить рейфов… И я сделала это, хоть меня и предупреждали. Я спасла лишь немногих… И оказалась изолирована ото всех. Меня изгнали в третий раз…

- Вы это помните? – удивилась Селиза. – Кирик говорил, что вы не помните ничего, с тех пор, как пропали Древние.

- Не помню, - с грустью признала Чайя. – Зато я умею зашифровывать объемные пакеты данных в простом на вид тексте. Наверное, это мой рок – создавать фальшивые впечатления. Совсем скоро остальные поймут это… И меня возненавидят.

- Неправда! – заявила Селиз. – Вы хорошая!

- Может быть, - улыбнулась Чайя, погладив ее по голове. – Но, как бы я не старалась, это случится… Совсем скоро сюда прибудут другие Древние… И они захотят свести со мной счеты… Теперь их ничто не остановит…

- Миша вас защитит! – уверенно произнесла Селиза. – И Кирик! И Альвар!

- Боюсь, это будет последним, что они сделают, - вздохнула Чайя. – Пусть я не помню всего, что было со мной во время Вознесения, но… Кое-что неизменно. Мне не простят того, что я сделала. Тогда мены пожалели из-за того, что была война и были нужны ученые. Но сейчас… На фоне прибывших я ничего не значу. У Михаила и остальных просто не будет возможности спасти меня. Именно поэтому мне нужно уйти.

- Уйти?! – округлила глаза Селиза. – Нет-нет-нет! Вы не должны уходить! Кирик сказал, что вы позаботитесь обо мне!

Девочка бросилась к молодой женщине, обхватила ее и прижалась всем своим тельцем.

- Не надо, не уходите! Я скажу им, чтобы вас не трогали! Я расскажу какая вы хорошая!

- Маленькая моя, - девочка почувствовала, как по ее волосам прошлась мягкая и теплая рука. – В жизни бывают моменты, когда нужно принять решение, от которого зависит благополучие остальных… Сейчас мне нужно уйти. И тогда Михаилу, Кирику, Альвару и даже тебе не придется делать выбор – будущее благополучие или я.

- Не уходите! обещаю, я больше никогда-никогда-никогда не буду трогать что-то в вашей лаборатории! Честно-честно!

Селиза почувствовала, как ее ручки мягко, но непреклонно расцепляются. Чайя, присела перед ней на корточки и поцеловала в мокрые от слез щеки.

- Не ищи проблему в себе, - попросила ее Чайя. – Ты не виновата. Никто не виноват, кроме меня. Думала, что смогу сохранить свой секрет, но… Оказалось, что я недостаточно умна, чтобы перебороть упрямство одного мужчины. Поэтому, чтобы избежать негативных последствий, я должна уйти.

- Я пойду с вами! – заявила Селиза. Не столько от большой любви к Древней, сколько из-за того, что оставаться одной в пустом городе ей было страшно до животных коликов.

- Боюсь, что это невозможно, - сказала Чайя.

- Но я же буду одна!

- Совсем недолго, - заверила ее Древняя. – Я понимаю, что ты боишься. Но я сделаю тебя сильной и это пройдет.

- Сделаете сильной? – захлопала глазами Селиза.

- Именно, - Чайя выпрямилась и подала девочке руку. – Пойдем. Тебе нужно многое узнать перед тем, как я уйду.

Воспитанница Кирика, всхлипнув, схватилась за руку Древней, как за спасательную веревку. И молча побрела в город, который теперь стал казаться ей еще более страшным и отталкивающим.

***

Уже на второй день весь лоск и эйфория от полета в гиперпространстве ушли. Восторженное отношение к тому, что я передвигаюсь быстрее света на корабле, построенном древней цивилизации, во вселенной, которую до сих пор считал лишь фантастической выдумкой, пропало.

И превратилось в рутину.

Жесткая койка в командирской каюте. Замкнутое пространство, представление себя селедкой в консервной банке…

Не так я себе представлял путешествие людей через звезды.

Впрочем, остальные моего пессимизма не разделяли. Кроме Альвара для которого полеты в безвоздушном пространстве не были чем-то из ряда вон выходящим, экипаж не отлипал от иллюминаторов. Атосианцы спорили о том, что же именно они видят за пределами корабля: божественный свет или небожественный?

Про эффект Доплера я предпочел не рассказывать.

Корабль и его автоматика прекрасно работали, и у меня внутри возникло уважение к Чайе за проделанный труд. Да, Древние тоже молодцы, построили прекрасный корабль, который функционирует и через десять тысяч лет. Но именно стараниями Чайи этот линкор вернулся к жизни.

Из семи дней полета, пять последних превратились для меня в каторгу. Подъем, гигиена, пробежка по палубам «Гиппофоралкуса», мысли о том, что меня задолбало это длиннющее и сложно произносимое название корабля, отжимания, прыжки с палубы на край кровати, снова пробежка… Никогда не думал, что начну заниматься спортом исключительно потому, что мне скучно.

К пятому дню путешествия оно надоело уже всем, кроме нескольких атосианцев. Со мной на пробежке теперь присутствовали оба беглеца, Тейла… В качестве разнообразия, я разучивал приемы борьбы, которые мне могли показать Кирик и Альвар.

Пробовал заниматься с атосианцами их народными единоборствами. Что-то среднее между показательно-церемониальными поединками японцев и айкидо. Не знаю с чего они решили, будто бы в реальном бою ценится пронзительный взгляд и полная отрешенность от эмоций, да еще и ритуальные кружения вместе с противником, но каждый по-своему с ума сходит.

Гораздо ближе мне были навыки Кирика и Альвара. Сила, ловкость, удары по болевым точкам, сто семьдесят пять приемов сломать руки противнику и убить его собственными пальцами. Коротко и по-мужицки просто. Похоже на самбо или каратэ, которыми я занимался в детстве и юности. Только без всяких там криков «ки-я!» и ударов ноги, от которых у папы стекает в сапоги.

Ближе к концу полета у меня даже стало неплохо получаться… падать на пол, не ударяясь головой о перекрытия. Впрочем, Альвар сказал, что против неподготовленного человека у меня есть неплохие шансы. Кирик в обучении менее злословен, сосредоточен, а потому в его единоборствах, как раз и напоминающих близкое мне по духу самбо, я немного преуспел.

Звуковой сигнал о том, что мы приближаемся к точке назначения прозвучал как раз в тот раз, когда я практически смог подловить беглеца и бросить его через спину. Вот только отвлекся – в результате через плечо бросили меня.

- Сирена, - определил Кирик, замерев с парой пальцев перед моими глазами. По его философии и опыту эти органы у рейфов восстанавливались наиболее долго. А у людей – не восстанавливались вовсе. Так что, как ни крути, «добивание» с ослеплением универсальный прием. – Что-то сломалось?

- Нет, - я поднялся на ноги и выгнул отбитую падением спину. – Мы прибыли к «Авроре». Полчаса – и выйдем из гиперпространства.

- Нужно подготовиться, - сказал Кирик.

Согласен.

Мне удалось привести себя в порядок и переодеться, прежде чем зазвучала вторая сирена – пятиминутная готовность. К этому моменту я уже занял место в командирском кресле на мостике.

Расположенное на небольшом подиуме, возвышающееся над остальными рабочими станциями, оно давало прекрасный обзор сквозь иллюминаторы. А еще отсюда я мог запустить практически любые системы боевого корабля Древних.

Но в первую очередь меня интересовали сканеры.

Дальних как на Атлантиде или на Таранианском форпосте на борту «Гиппофоралкуса» не было. Но определить объекты в неплохом от себя радиусе корабль все же мог.

И… Чайя оказалась права.

Кораблями рейфов тут и не пахло. Можно расслабиться и не готовиться к спринтерской пробежке до отсека, откуда можно будет запустить самонаводящиеся снаряды.

- Выходим из сверхсветовой, - сообщил я за минуту до того, как это должно было произойти.

Помимо Кирика, Альвара и Тейлы в ходовой рубке собрались так же и все атосианцы. Благодаря системам корабля я мог отслеживать местоположение Кощея на борту звездолета. И, спасибо, опять же Чайе – его жизненный сигнал превосходно отличался от человеческих. Насколько помню, ни сканеры, ни аналогичные системы на звездолетах Древних в известных мне событиях, подобным качеством не могли похвастаться.

Легкое дрожание всем корпусом едва ли ощущалось. Но именно оно, а так же появившееся на нашем пути в конце светового тоннеля бело-зеленое облачко энергии, стали показателями того, что «Гиппафоралкус», наконец-то достиг своей цели.

«Гиппафоралкус» выходит из гиперпространства.

Линкор вернулся из реального пространства за несколько десятков тысяч километров до своей цели. Надо полагать, Чайя специально запрограммировала корабль таким образом, чтобы он не «притер» и без того побитую жизнью «Авророй». Но, думается мне, она прекрасно понимала, что самостоятельно я не смогу сблизить корабли без того, чтобы один не развалился от столкновения с другим.

Заботливая барышня…

- Что-то я ничего не вижу, - признался Кирик.

- Как и я, - Тейла чуть ли из ботинок не выпрыгивала, пытаясь разглядеть что-нибудь на фоне непроглядного черного космоса. К сожалению, атосианке было невдомек, что корабль не звезда, и его так просто не разглядеть в открытом космосе.

- Мы еще далековато от него, - пояснил я, мысленным приказом выводя на экран небольшую карту. Правда, хотел это сделать на ближайший к остальным разумным монитор, а получилось только на один из тех, что были вмонтированы в стену рядом со вспомогательными панелями. – Сблизимся через десять минут. Запускаю программу сближения.

Демонстрация не изобиловала большими подробностями. Чем-то похоже на экран радара, только без бегущей по часовой стрелке развертки. А вот пространство между находящейся в центре меткой «Гиппафоралкуса» и приближающейся к нему небольшой иконки, подписанной на древнем как «Аврора», на квадратики все же было поделено.

Хм… Видел я пару раз экраны радаров. Очень похоже. Совпадение ли то, что наша техника так похожа в своем воплощении и дизайне исполнения на Древнюю, или так и положено, учитывая, что человечество и создано Древними?

«Гиппафоралкус» двигался навстречу «Авроре». В уме вспомнилась задачка про два автомобиля, которые мчались друг к дружке с разными скоростями. В нашем случае это была максимальная досветовая, какую могли выжать из себя древние двигатели, питаемые одними лишь корабельными генераторами. А вот «Аврора» летела по инерции. Как получила импульс движения десять (или около того) тысяч лет назад, так и не успела затормозить. Да и каким образом, если корабль не управляется экипажем, а сопротивление среды в вакууме столь ничтожно, что им можно пренебречь?

Уже через девять с половиной минут мы оказались достаточно близко, чтобы рассмотреть корабль во всей его «красе».

- О, предки! – атосианцы воскликнули едва ли не одновременно. Но к чести их мужчин, единственная, кто закрыла лицо руками, была Тейла.

- Что с ним произошло? – выдавила из себя лидер народа с Нового Атоса.

- Сражение, из которого он ушел, явно было жарким, - с оттенком восхищения произнес Альвар. – Столько разрушений… А он не развалился на части за все прошедшее время.

- И продолжает лететь, - тихо добавил Кирик. – Умели же Предки строить!

Не могу не согласиться – несмотря на свой откровенно жалкий вид, «Аврора» впечатляла. Десять тысяч лет корабль двигался сквозь пространство и время, пострадав в жестокой битве. Но при этом, насколько я знаю из известных мне событий, продолжал хранить в стазисе сотни человек своего постаревшего экипажа. Если их вынуть из стазис-капсул, они вряд ли даже успеют понять что произошло за все это время.

- Она сильно отличается от нашего корабля, - произнесла Тейла, посмотрев на меня.

Ну надо же, капитан Очевидность в действии. Еще бы «Так-то!» в конце добавила. И вот прям близко к оригиналу было бы.

- Ты это поняла по тому, что у «Авроры» напрочь передняя часть отсутствует? – спросил Кирик. – Или потому, что наш корабль цел, а она, - он ткнул в изуродованную громадину, - нет?

Тейла, сверкнув темными глазами, промолчала. С Альваром у нее неплохие отношения, а вот с другим бывшим беглецом… Тут да. Впрочем, девушка-то она неплохая во всех смыслах. Но порой кажется, будто она втихаря попивает тормозную жидкость.

Ладно, это все потом. Сейчас есть более подходящее для нас задание.

«Аврора»… Без слез на нее не взглянешь. Боевые корабли строятся с заранее запланированным пределом прочности. И он в разы больше, чем у исследовательских кораблей. В случае с этим звездолетом я более чем уверен, что никто не переделывал ее после переназначения в боевые корабли.

Носовая часть линкоров этого типа представляла из себя что-то вроде угловатого шара или капли, примыкающей к основной части корабля. У «Авроры» же… Да на ней живого места нет! Носовая часть отсутствует, словно ее оторвал от корпуса большой и злой ребенок! Обшивка разорвана, во многих местах пробита. Кое-где я даже заметил сквозные пробоины. Торчащие во все стороны строительные фермы и металлические балки превращали ее в уродливый цветок. Вроде тех скульптур и композиций из арматуры, которые я видел в своей прежней жизни.

Кое где на корпусе сохранилась темно-красная облицовка. Насколько я успел ознакомиться с данными по Древнему флоту, так раскрашивались корабли, имеющие военное предназначение. Ну, как раскрашивались… Просто металл обшивки имел красноватый оттенок. И применяли его там, где требовалось забронировать наиболее важные места на звездолете.

Нейронная связь с системами «Гиппафоралкуса» давала мне представление о том, что стыковка в принципе невозможна. Я пытался запустить написанный Чайей алгоритм, но бортовой компьютер отказал мне. Хорошо хоть выполнил маневр сближения и позволил кораблям лечь на параллельные курсы. Ну хоть нахрен не послал, пока я раз пять пытался запустить стыковку.

Одновременно тяжело и просто жить во времена, когда космические корабли умнее своего экипажа. По возвращению нужно будет с этим завязывать. И точка. Достаточно мне балласта в команде.

И меньшее, что я хочу, так это быть им самому. Эта экспедиция уже показала мне, что лучшее, на что могу надеяться, если дело не касается перестрелок – так это «нарезать задачи» Чайе. Только сейчас до меня дошло насколько глупо это все выглядело.

Я более развит генетически, чем она, но девушка знает и умеет больше меня. И просто подчиняется мне, как представитель менее развитой, младшей, расы, лантийцу. Эдакий генетический авторитет.

На душе стало погано. Лидер должен быть лучшим среди своего народа – по крайней мере в моем понимании. По крайней мере хоть в чем-то. И не только потому, что у него генетика лучше, чем у других.

- Стыковка невозможна из-за повреждений «Авроры»? – уточнила Тейла.

- Да, - не стал я вдаваться в подробности.

- Нужно связаться с Чайей и спросить совета, - предложил Кирик.

Линкор Древних «Аврора».

- Неплохой вариант, - одобрил я, продумывая в уме как бы получше реализовать свою задумку. – Вот только подпространственная связь сразу же нас выдаст. Мы сможем отбиться от одной волны, может быть от второй. Но что будем делать потом? У нас задач здесь не на один день, так что раньше времени привлекать внимание рейфов не стоит.

- И что тогда делать? – спросила Тейла. – Возвращаемся на Атлантиду и попросим Чайю решить проблему, а потом вернемся?

Вот то, о чем я и размышлял. Слишком много я переложил на плечи единственной Древней. Немудрено, что она психанула. Я относился к ней не как к товарищу, а как к подчиненной, которой следует выполнять приказы и не задавать вопросов.

Девочки они и среди Древних девочки. То, что она рассказывала – о неприятии ее другими Древними, да еще мое потребительское отношение. Как долго она свыкалась с мыслью о том, что как только в городе появятся другие Древние, ее «затрут» и отправят куда-нибудь на Атос разбираться с той заставой, которая там осталась? Или еще куда к рейфам на кулички?

- Нет, - ответил я после раздумий. – У нас не так уж много времени, чтобы мотаться по галактике. Корабль могут обнаружить. Проблему решаем самостоятельно.

- Интересно как, если мы не можем к «Авроре» даже пристыковаться? – поинтересовался Альвар.

- Ну, а скафандры у нас для красоты что ли? – спросил я. Судя по лицу эрменца, зародил я в нему отнюдь не самые позитивные мысли.

То ли еще будет…