Илья Модус

Истребление. Глава 40. Общий доступ в 07-00

Added 2024-01-04 19:05:22 +0000 UTC

Mr. Sanchez спросил у меня: «Что мы говорим богу свободного времени?»

Вздохнув, я улыбнулся и ответил: «Не сегодня!»

Желаю приятного прочтения)

Невероятно трудно вздохнуть сквозь боль и чувство наслаждения, что вливаются в старческое тело.

Кажется, что каждое твое движение наталкивается на волну бурной реки, чьи воды и течение превосходят тебя по силе. Они утаскивают тебя с собой, заставляя разум кипеть от бессилия и гнева на собственную немощность.

Ты не можешь ни вздохнуть, ни выдохнуть.

Тело сводит судорога, конечности становятся ледяными.

И после этого ты утонешь…

Вот только все то, что она переживала сейчас, лишь отдаленно напоминало то, что разум рисовал ей.

Тело наполнялось силой, возвращалась ясность мыслей. Она могла чувствовать каждую частицу своего тела. Но эта же сила парализовала ее, не позволяя даже шевельнуться.

Зрение, пострадавшее от длительного и медленного старения, возвращалось в норму, фокусировалось… А затем четкость его пропадала. Глазные яблоки непроизвольно закатывались, мешая различить то, что происходит вокруг.

Органы слуха не подчинялись ей, осязание словно исчезло… Так бывает, когда оказываешься в вакууме без защиты. Невозможно придать себе ускорение, нет точки опоры, вокруг одна тишина, и нет материи, которую можно почувствовать…

А, затем, все резко прекратилось.

Осталась лишь боль и давящее чувство в области груди.

С трудом удалось вырвать сознание из наркотической эйфории, сконцентрировать взгляд…

… на вертикальных зрачках, что смотрели прямо в душу. Бледно-зеленая кожа, свисающие пряди белоснежных волос, оскал практически прозрачных клыков, усеивающих ротовую полость…

«Мы не успели!» - поняла она. Мыслительные процессы еще тормозили после стазиса, но рефлексы всегда были на высоте.

Слух вернулся едва ли не одновременно с резкими звуками тревоги. Легкое моргание аварийного освещения и знакомые до боли ноты впились в освеженный разум подобно рейфу. Который как раз и отнимал свою уродливую ладонь от ее тела. В горле сжался ком.

- Привет, Древняя, - просипел ей в лицо рейф, подчеркнуто хищным движением отнимая руку от ее груди и демонстрируя присоску для кормления. – От тебя я получил незабываемые эмоции… Такая сила… Ты, скорее всего, командир этого жалкого корыта?

Развитая физиология позволяла делать многое из того, что обычным людям недоступно.

Например, извернуться на узком ложе стазис-капсулы, скрещивая ноги на шее у высасывателя жизни. Он только попытался схватить ее за лодыжки и сдернуть с себя, ошалев от выпада.

- Стой! – расширились вертикальные зрачки, а руки рейфа разошлись в стороны. О да, он узнал этот прием. Древняя падаль. – Я на вашей…!

- Дамочка, - из тени рядом шагнул человек в странной серой форме и обеспокоенным взглядом. Короткая прическа, экономные движения – боец. Вероятнее всего свита из числа почитателей. – Он спас…

Но ее уже было не остановить.

Согнувшись в поясе, молодая женщина влепила удар торцом раскрытой ладони в нос рейфа. Одновременно с тем, как захрустели его носовые хрящи и кости, Древняя одним рывком, используя рейфа в качестве точки опоры, ушла в право от него. При этом старательно изменяя баланс тел…

Расчет оказался идеальным.

Ее тело проскользнуло по краю угла стены, зато рейф припечатался в него с весьма характерным звуком удара.

Раздалось рычание и оказавшийся на коленях рейф одарил ее полным бешенства взглядом. За секунду до того, как ее удар ногой с разворота отправил его в небытие.

- Ты что творишь?! – вскрикнул тот самый мужчина, сделав шаг ей настречу. Древняя действовала не раздумывая.

Шаг вперед, резкий наклон тела в том же направлении. Рефлексы сработали идеально – она приземлилась на расставленные ладони, перенесла вес и со всей доступной силой ударила обеими стопами в грудь и голову мужчины. Он отлетел к стене, сгруппировавшись. И тут же, бросился в атаку.

Надеялся застать ее врасплох, пока она поднималась на наги, выходя из переката.

Блок прямого удара в лицо левой рукой, ответный прямой удар в лицо правым кулаком. Еще раз, еще раз. Противник закрыл лицо, но именно этого она и добивалась. Боковой удар кулаком по правой почке, крик боли и выгнутое тело у поклонника рейфов. Его лицо непроизвольно вышло за пределы блока руками.

Точный удар пальцами в область сонной артерии и второй противник рухнул на палубу. Отсек для стазиса старшего офицерского состава зачищен от врагов.

Старший офицер Требел с оттенком грусти посмотрела на две другие пустующие камеры. Здесь должны были спать второй и третий помощники командира. Но они погибли. Десять тысяч лет назад.

В дверном проеме появился еще один человек с оружием и в той же униформе, что и тот, которого она только что уложила.

- Кирик! – воскликнул он, бросившись к лежащему без сознания человеку. – Что тут…?!

Он слишком поздно обратил внимание на женщину в белой лантийской униформе. Тратить на него силы и боевые навыки офицер Требел посчитала излишним. На это потребовалось бы три секунды.

На то, чтобы парализовать его электрошоковым оружием, болтающимся у нее на поясе, хватило одной секунды.

Переступив через еще одно бесчувственное тело, старший офицер линкора «Аврора», вышла в коридор. Оглядевшись и не обнаружив присутствия кого бы то ни было, она прислушалась к звуковому сопровождению активной системы самоуничтожения.

- Ты за это дорого заплатишь, Михаил! – пообещала она, подходя к ближайшей консоли. Ей нужна была информация о местонахождении предателя.

И уже через две секунды она бежала в сторону отсека с бортовым компьютером линкора.

***

- У нас осталось всего семь минут!

Ихаарь сообщил мне об этом как раз в тот момент, когда я вынимал последний комплект информационных кристаллов их полости, предназначенной для бортового компьютера.

- И? – спокойно спросил я. – Мы куда-то не успеваем?

- Нужно упаковать кристаллы, а для этого нужно найти транспортный контейнер, материал… - забормотал тот.

- Акстись, парень, - посоветовал я, вынимая кристаллы один за другим из держателя и складывая их в сумку. – Все, что нужно, уже при нас.

Странный этот паренек.

Как и весь экипаж, кроме командира, он являлся представителем одной из младших рас, ассимилированных Древними. Вполне умен, сообразителен, находчив. Его идеи по использованию «джамперов» для эвакуации членов экипажа «Авроры» очень сильно пригодились.

Мы смогли эвакуировать разгерметизированную секцию с техниками – это обслуживающий персонал, механики по-нашему. Вполне образованы, технически грамотны, знают что починить, как и как устранить проблемы. Тридцать два человека из тридцати пяти положенных по штату для разгерметизированной секции. Еще троих убило во время полета микроастероидами.

Через ангар и камеру транспортера вытащили еще семьдесят пять таких же – вторую и третью секции, имеющиеся на корабле. Причем, я предполагал, что в транспортер вмещается всего три, максимум четыре капсулы. Ихаарь продемонстрировал как переместить разом шесть.

И, теперь я понимаю, почему командир «Авроры» сказал вернуть к жизни его и его секцию первыми. Грубо говоря, они являлись лучшими на корабле, у них весьма сильные гены Древних… А еще они весьма сообразительные сукины дети.

Я бы ни за что не догадался до того, что они все-таки сделали. Десятым реанимированным оказался пилот корабля. Ну, как пилот… Эти функции относились к капитану и его помощникам. А вот размороженный парень явно брал курсы пилотирования звездными линкорами.

Честно говоря, я не знаю кому пришла в голову идея устроить конвейер по переправке людей через ангары звездолетов, но по славам Альвара, принимающих капсулы в ангаре «Гиппафоралкуса», выглядело все именно так.

Если у вас нарушена герметичность ангара на корабле, есть потребность быстро и максимально полно извлечь из обреченного звездолета весь экипаж, то что вы сделаете? Правильно. Пока двое ваших людей спасают своих товарищей в открытых отсеках корабля, двое других работают над подключением поступающих камер на «Гиппафоралкусе», на ходу сплетая все новую и новую проводку, потому что, Чайя, при всех ее гениальностях, рассчитала системы питания лишь для сотни камер, то пятеро других, включая самого Ихааря, мародерят на звездолете.

В то время, пока Кощей приводит в сознание последнего и важного члена экипажа, Кирик его сторожит, атосианцы с языками на плече таскают камеры на антигравах по коридорам корабля (кстати, опять же, спасибо Ихаарю, который изменил настройки камер и теперь их можно барражировать не со скоростью шагающего, а бегущего человка), Ихаарь и четверо его подручных разбирали «Аврору» в одном месте, а собирали кое-что в другом.

Что?

Ну, так превращали атмосферный щит, создающий герметичность в ангаре при открытой бронестворке, в то, что назвали «атмосферный рука». Для чего? Ну так потому что пока я был на беседе с капитаном, выслушивая его последнюю волю, Ихаарь тоже не без задания вернулся к жизни.

С запасного командного пункта он перепрограммировал как раз таки капсулы для ускорения их перемещения, после чего все до единой выбросил из их гнезд. Почему мы так не делали, хоть могли? Да потому что нам не хватило бы времени все их переправить на «Гиппафоралкус» за сорок пять минут, пока работают аварийные аккумуляторы. На погрузку и разгрузку телепортационной камеры требовалось две минуты – и это на максимуме человеческой скорости.

Поэтому умные и изобретательные техники сделали все гораздо проще. Они рассчитали сколько капсул могут быть отправлены через транспортер у обозначенное время. А остальные оттолкали в на ладан дышащий ангар «Авроры». Сперва Альвар думал, что они будут грузить капсулы в «джамперы» и так доставлять. Благо что для полетов у нас имелись несколько машин, да и те, что были у «Авроры», тоже с грехом на пополам летают.

Ан, нет, все не так просто.

На то инженер и инженер, чтобы сложную проблему превращать в простую. Благодаря стараниями парня, который смог подвести «Гиппофоралкус» едва ли не «ангар в ангар» с «Авророй», Ихаарь и его люди проложили между ангарами тот самый атмосферный коридор. И за счет рабочей системы жизнеобеспечения вернули в ангар «Авроры» атмосферу. После чего по этому самому атмосферному коридору направляют в ангар «Гиппафоралкуса» те камеры, которые не успеют быть переправлены на линкор через телепортационную камеру.

Сейчас, пока «Аврора» доживала свои последние минуты, Ихаарь и его люди мало того, что нашли способ как спасти еще «лишних» двести человека, так еще и успевают разбирать попутно сам линкор на запчасти. По мелочи, конечно. В основном это быстросъемные узлы, распределители питания на опустошенных палубах, кристаллы, блоки данных из доступных лабораторий и так далее. Парни явно знали толк в мародерстве.

Наша главная загвоздка в спасении личного состава заключалась в том, что мы не можем спасти всех – много времени тратилось на то, чтобы загрузить и разгрузить капсулы в кабину, в «прыгуны» и так далее.

Кощей успел привести в сознание всего десять человек и сейчас занимался одиннадцатым, последним, на которого у него хватило бы собственной жизненной силы. Врет, скорее всего, но с этим мы разберемся позднее.

Благодаря Ихаарю, есть шанс спасти всех.

Почти всех.

Отчасти тот факт, что мы сумели спасти уже на данный момент двести восемьдесят членов экипажа «Авроры», скрашивал тот факт, что мне не удалось обмануть судьбу. Капитан все же неспроста не советовал мне не связываться с теми, кого я не могу обмануть.

- Пять минут, - обозначил Ихаарь время, заканчивая демонтаж блоков данных нескольких консолей в отсеке. Как я понял, он демонтировал дублирующую систему управления контрольного кресла. Основную (то, что от нее осталось), уже изъяли. Штука крайне редкая, на вес как целый гипердвигатель. Кстати говоря, его мотиватор, кристаллы управления, матрицу и многое другое тоже демонтировали. Прямо сейчас. Такое ощущение, будто после нашего ухода на борту «Авроры» останется только не совсем целая обшивка. Но Ихаарь четко обозначил – такие приказы он получил от капитана. И ослушаться их он не собирался. – Нужно уходить.

- У нас есть в запасе две минуты, - напомнил я.

Контрольное время, необходимое нам на то, чтобы покинуть корабль было рассчитано с запасом в две минуты. Именно столько нам потребуется, чтобы уйти от «Авроры» как можно дальше. Но делать мы это будем уже под огнем рейфов. Что инженеру не нравится совершенно.

Причина в этом проста – через пять минут «Гиппафоралкус» должен будет поднять щиты, чтобы не пострадать при обстреле вражеских кораблей. И транспортеру «Авроры» банально не хватит энергии, чтобы пробиться сквозь них. Мы проверяли это на Атлантиде – чтобы преодолеть щит города, кабине требовалось в пятьдесят раз больше энергии, чем обычно. Нагрузка на МНТ «Авроры» сейчас такова, что каждая крупица энергии на счету. Не успеем – не сработает план капитана.

А, потому…

- Предатель! – на пороге отсека с бортовым компьютером появилась стерва в обтягивающем белоснежном костюме. Ихаарь, стоящий у стены, с округлившимися глазами, прижал к груди комплект кристаллов. Я полностью согласен с его поведением – такое даже в мастерской изготовить сложно, так как материалы для производства в галактике встречаются реже, чем добрые рейфы. А нам есть куда их применить на самом-то деле.

- Требал? – опешил и я, увидев стремительно приближающуюся ко мне девушку. – Какого черта ты тут делаешь?! Тебя должны были доставить на корабль…

Искры из глаз сыпанули сразу же, как только ее кулак прилетел мне в челюсть. Но второй удар я сумел заблокировать. Нет, не своими чудесными навыками боевых искусств: сработал, наконец-то, персональный щит, который я перезарядил во время побывки на «Гиппафоралкусе».

Но девушка, словно Терминатор в приталенной униформе, даже не обратила на это внимание. По лицу вижу, что больно, возможно даже кости сломаны в кисти (да кого я обманываю-то?), но отступать она не намерена.

По инерции нанесла мне круговой удар в голову, которому позавидовал бы и сам Чак Норрис. И только потом, поняв в чем дело, сорвала с пояса электрошоковое оружие. Выстрел – и из насыщенно-зеленого, моя защита стала бледно-зеленой.

По идее надо бы отреагировать и пальнуть в нее из импульсного бластера, что находится у меня при себе. Вот только он полностью разряжен. Пробиться сквозь двери в нужную мне секцию оказалось непосильной задачей. Потому что одну-то дверь я пробил, истратив все заряды.

Но от нужных мне стазис-капсул, отделяла еще и вторая.

- Требал! – сорвавшимся голосом пискнул Ихаарь. – Что ты делаешь?!

- Введи код отмены! – второй выстрел полностью разрядил мою защиту. – Немедленно!

Охренеть у них шоковое оружие! Да Альвар в меня выстрелов сто из оружия рейфов производил, и только тогда щит сдался. А здесь… ДВА!

- Требал, послушай… - Ихаарь снова попытался вмешаться.

- Заткнись! – отрезала она, тыча мне этим жезлом чуть ли не в лицо. – Ты представляешь что сделал?! Да, кого я спрашиваю!? Ты не представляешь! Немедленно вводи код отмены! Мы вытащим его оттуда!

- Не вытащим, - держа себя в руках, произнес я, глядя в озлобленные глаза девушки. Что ж, теперь я понял к чему была фраза командира «Авроры» про то, чтобы я берег челюсть. Удар у нее такой, что Майк Тайсон с одного ляжет. Наверное… Нет, ну в своем-то возрасте-то да, конечно ляжет… - Я ввел код, который мне дал капитан. Никакого кода отмены он не сказал. Да и этот код не работал в принципе! Он активировал самоуничтожение из виртуальной обстановки!

- Вранье! – девушка вернула оружие на пояс и вполсилы ударила меня в грудь. Больно. – Он не мог так поступить!

- Мог, - подал голос Ихаарь, ползущий к выходу по стенке. – Я все проверил. Самоуничтожение активировалось сразу же, как только открылась стазис-капсула Михаила. Требал, он бы при всем желании не успел. И код он вводил при мне – «Аврора» его не принимает!

- Он не мог так поступить! – стояла на своем Древняя. Эмоциональный надлом внутри нее был виден невооруженным глазом. Это просто женщина, которая вот-вот потеряет… дорогого ей человека. Не знаю в каких отношениях они находились с командиром, но… Мне и не интересно. – Только не со мной!

- Мог и поступил, - отрезал я. – И ты знаешь, что это так! Вы спорили об этом, когда я вернулся в виртуальность!

Капитан «Авроры»… Оказался слишком умен для меня.

Он вел учет каждой временной засечки, что я ему сообщал. И мы разговаривали с ним до тех пор, пока времени на обратный отчет уже едва хватало. Он тянул его, понимая, что произойдет, стоит мне выбраться оттуда.

Мало того, он ведь даже не солгал… Я не уточнил у него, точно ли ни у кого нет возможности влиять на реальность из виртуальности. Ни у кого.

Кроме капитана. Да и то, ограниченно. Например, активировав режим самоуничтожения звездолета – именно это он и делал на запасном мостике, пока мы разговаривали. Установил отчет для того, чтобы «Аврора» приготовилась к самоуничтожению ровно через десять минут после того, как он выбросил меня из виртуальной обстановки.

Вероятно, в сериале он не смог этого сделать из-за изменений в виртуальную обстановку, которую произвел внедрившийся в нее рейф.

Да, это, как оказалось, ему тоже под силу было. А код командира… Я проверил – он не подходит ни к одной панели на «Авроре». Бортовой компьютер тоже его не принимает. Доступа к системам нет.

Едва я выбрался из камеры стазиса, то сразу же бросился в отсек стазиса рядом с запасным командным пунктом, в котором находились камеры капитана и всей вахты мостика, исключая его помощников. У Древних явно была своя система распределять людей по стазис-капсулам… Насколько я понял объяснение Ихааря, который и нашел меня там, а точнее сказать, поджидал, демонтируя основной контур управления контрольным креслом, в камеры было положено ложиться строго на той палубе и отсеке, где человек был приписан согласно боевому расписанию. Система распознавания, так сказать… примерно как ремни безопасности в самолете - при крушении не спасут, а вот по билетам и остаткам пристегнутых тел, будет проще опознать.

Полные и розоватые губы офицера Требал вздрогнули, исказившись в гримасу.

- Ты знаешь протокол, - тихо произнес Ихарь, обращаясь к старшему помощнику командира «Авроры». – Самоуничтожение без капитана на борту невозможно. Корабль не взорвется…

- Какой же ты подонок, - в глазах Требал появились слезы. Вот только, в отличие от слов, слезы предназначались не мне. – Вот так просто обменял жизнь великого человека, которому ты и в подкладку для обуви не годишься, на запас снарядов на своем корабле!?

«Она не знает», - дошло до меня.

Командир «Авроры» не рассказал ей настоящую причину, по которой он не покинет мостик своего корабля. Ни он, ни вахта мостика.

Она думает, что я обрек его на смерть только потому, что хочу сохранить дефицитные самонаводящиеся снаряды! Ей управляет не логика, а эмоции. Она не анализирует, она не понимает. Да и не поверит мне, что капитан просил меня вернуть ее к жизни последней из всех.

Как раз для того, чтобы она не успела ничего предотвратить.

Да, Ихаарь объяснил мне, пока я выламывал дверь, панель, пытался устроить короткое замыкание и добраться до стазис-капсул капитана и вахты мостика, что к чему. И от этого у меня откровенно кипела кровь.

Корабль не взорвать, пока на борту есть живой командир или кто-то из старших офицеров, знающих этот код. А все потому, что есть простое правило – командир уходит вместе с кораблем. Чтобы ни лантиец, ни технологии корабля, ни хранящаяся в его банках данных информация, не попали в руки противника.

Если во всей этой процедуре безопасности и есть логика, то я ее не вижу. Совершенно. Впрочем, я не вижу логики в большинстве решений Древних. А она, где-то есть. Извращенная «великим знанием» и долголетием, но есть.

Капитан знал, что если он покинет «Аврору», то Вознесшиеся не дадут ему житья. И нам вместе с ним. Из-за его размышлений, которые и стали приговором для экипажа «Авроры».

Он мог спасти себя и девятнадцать членов вахты мостика, но не стал этого делать. Думаю, не в тайне от них. Ихаарь сказал, что вахта, как и Требал, были ему беззаветно преданы. Но «разделяли некоторые его убеждения, суть которых мне неизвестна». Зато я догадываюсь, что за размышления это были.

Капитан мог спастись. Но тогда, нам пришлось бы найти способ, как уничтожить «Аврору» иначе. Скорее всего пришлось бы использовать снаряды, коих у нас фактически нет…

Капитан… Жертвуя собой и своими приближенными, он не только отвел от нас угрозу Вознесшихся, но и дал возможность не тратить исчерпаемое оружие. Он знал все, что я рассказал ему в общих чертах о приключениях землян во Млечном пути и Пегасе. Понимал насколько тяжело будет бороться.

И принял решение.

Требал этого не знала. И я не понимал всей картины, пока Ихаарь не объяснил. Лантиец, используя навыки манипуляции, сделал ровно то, что нам нужно было сделать. Но чего бы мы сами не сделали никогда. Честно, будь у меня такая возможность…

- Если бы я мог вскрыть дверь в его секцию, то сделал бы это, - признался я. – Плевать мне на снаряды. Он был первым лантийцем, при общении с которым меня не тошнило. И я все бы отдал для того, чтобы он остался жив. Но он меня переиграл. Понимал, что я попытаюсь его спасти. Задержал в виртуальности, чтобы у нас не было времени найти другое решение. Ихаарь, - я посмотрел на инженера, - сколько у нас осталось времени?

- Две минуты до прибытия рейфов и еще две – до самоликвидации, - безошибочно сообщил тот. Его брошь-передатчик ожила:

- Старший инженер, мы закончили переправку камер стазиса на «Гиппафоралкус», - раздался голос из «броши». – Доставили части гипердвигателя, начинаем отправку. Поспешите, времени почти нет.

- Скоро будем, - заверил Ихаарь, посмотрев на меня и Требал. Девушка (да, ей лет на десять тысяч минимум больше чем полагается, но язык не поворачивается назвать ее старухой) уже взяла эмоции под контроль. Но блеск в глазах и на щеках… - Пора идти, время утекает.

- Мы уже ничего не сможем сделать, - произнес я, подходя к Требал и положив ей руку на плечо. – Есть сражения, которые нам не выиграть. Мне так сказал капитан на прощание.

- Уходите, - тихо, но властно произнесла старший помощник, сбросив мою руку. – Я остаюсь.

- Это неправильно! – заявил Ихаарь. – «Аврора» скоро взорвется и…

- Думаю она знает, - мы посмотрели с Требал друг другу в глаза. И без слов понятно – она не отступится. – А у нас нет полномочий ее задерживать.

- Но…

- Хоть в чем-то мы с тобой согласны, - Древняя круто повернулась на каблуках, ударив своими волосами по лицу. Впечатление вкупе с ноющей и явно сломанной челюстью было такое, будто мне лопатой навернули. У нее что, в волосах, металл? Что еще за родственница Россомахи?! – Желаю вам успехов.

- Один вопрос, - остановил девушку я, разглядывая в руках один крайне интересный и незаслуженно оскорбленный мной предмет. – Эта кнопка как раз для того, о чем я думаю?

- Не понимаю о чем ты, - Требал повернулась в мою сторону.

Но лишь для того, чтобы увидеть в моих руках электрошоковое оружие лантийцев. Древняя бросила взгляд на свой пояс. Естественно кобура оказалась пуста. Что поделать, два года хотел быть фокусником в школе… Руки-то помнят.

- Только попробуй… ! - с едва уловимым звуком я нажал на единственную клавишу на оружии. Требал тряхнуло электрошоком, и она бесчувственным кулем рухнула на пол.

- Когда она придет в себя, то ей это очень не понравится, - заверил меня Ихаарь. – Поверьте, Михаил, в гневе она бывает той еще…

Да плевать мне что она подумает или скажет. Капитан сказал: «Позаботьтесь о ней». И теперь я понял кого он имел ввиду.

Человеку, который ради тебя приносит себя и своих подчиненных в жертву не отказывают. Даже если та, о ком он просил позаботиться, категорически против подобного.

- … бывает той еще стервой? – уточнил я, закидывая на плечо сумку с кристаллами бортового компьютера. Пришлось приловчиться, чтобы взять девушку на руки, а затем перекинуть через второе плечо – для равновесия.

- Я этого не говорил, - затряс головой Ихаарь.

- А я вот слышал, что она попросила меня попробовать на ней работу ее же оружия, - с каменным лицом произнес я. – И это официальная версия. Понял меня, Игорек?

Старший инженер посмотрел на меня с подозрением, за которым крылась растерянность.

- Откуда вы знаете, как меня в детстве называла бабушка? – спросил он, косясь по сторонам.

Твою ж…

- Это очень длинная история, друг мой, - заверил я. – Расскажу, как-нибудь потом. А сейчас, слушай мою команду…

- Какую? Вы же не офицер и я не обязан…

- БЕГО-О-ОМ!