Илья Модус

Истребление. Глава 158. Общий доступ в полночь по МСК

Added 2024-05-07 17:27:08 +0000 UTC

Очередная прода прибыла!

Желаю приятного прочтения!

Комбинезон пилота, он же по своей сути – легко бронированный герметичный скафандр – сидел как влитой. Нет, не потому, что шился под размеры конкретного пилота. Он вообще не шился, а печатался на молекулярном станке. Как и любая другая одежда или технологии (а так же, запчасти к ним) Древних.

Чуть больше вникнув в базу данных Атлантиды, удалось приобщиться к прекрасному… Терминам лантийцев, что б они были не ладны.

Надеюсь, все Вознесшиеся Пегаса икают каждый раз, как я их вспоминаю. Очень на это надеюсь. Даже если они в самом деле получают энергию от людей при каждом упоминании, пусть будет так, чтобы они икали.

Тогда я их буду раз пятьсот за час вспоминать. Могу даже посвятить пару дней в неделю непрерывным думам о них.

Надеюсь, энергетические сущности могут умереть от «переедания» или икоты.

Я не знаю в чем была причина, по которой Морос, первый среди лантийцев, отказался от Вознесения и создал оружие против вознесшихся, но, хотелось бы думать, что он не просто ради защиты людей от Орай отказался находиться в компании своих друзей-ублюдков.

Бесит, просто раздражает все это.

Металлический воротник комбинезона-скафандра щелкнул магнитным замком сразу же, как только шлем с широким лобовым визором оказался на моей голове. Но, в отличие от самого неизменного элемента экипировки пилота «вайпера», шлем под особенности головы не подстраивался. Впрочем, он создан из эрменского полимера, так что легкий и крепкий.

Как и элементы бронезащиты, выполненной из того же материала, которыми пестрел скафандр.

Отдаленно, это можно принять за скафандр пилотов из сериала «Звездный крейсер Галактика». Очень отдаленно.

На самом деле наплевать, на что оно все похоже, если оно помогает спасти жизни пилотов и противостоять угрозе.

Руки привычно пробежали по приборной консоли, активируя необходимые системы «вайпера». «Семерка» послушно ожила, задрожав корпусом.

Сквозь внешние слуховые сенсоры доносился едва различимый гул: энергетическая установка начинает выходить на рабочую мощность. Даже минимального выхода энергии достаточно для того, чтобы провести предполетную подготовку по приборам.

Разумеется, внешний осмотр машины и проверка каждого из ее технического отверстия или решетки на предмет соответствия нормативам, проведена заранее. Нет, у нас нет турбин, «вайперу» они просто не нужны. И забыть в них механика невозможно.

А вот многочисленные маневровые двигатели, работающие на инертном газе, любят чистоту выхлопных сопел. Как и ионные двигатели пустоту в своих дюзах. Пусть тут не горит топливо, а лишь выбрасываются частицы, большой разницы в этом нет.

У меня был друг на Земле, сосед по гаражу. Хороший дядька пятидесяти с небольшим лет от роду. Списанный по состоянию здоровья военный летчик, с истребителя-бомбардировщика, попавший прямиком на нашу грешную землю. И до того его не отпускало небо, что он мог часами, любовно, в мельчайших подробностях, рассказать о том, как происходит процедура подготовки летчиков к любому вылету. По крайней мере к любому из тех, в которых он принимал участия.

До парадов он, конечно, не дорос: не было в нем ничего примечательного или выдающегося. Средний во всем, не эталон, но и не «залетчик». По крайней мере – не больше нормы, принятой в коллективе.

Тренировочные и боевые вылеты, перегоны самолетов – вот и все, что он знал в своей карьере. И нам обоим, было о чем рассказать из своей бурной военной «молодости».

Так что, внешний осмотр своего «вайпера» я произвел по заветам Иваныча как-то машинально. Техники, наблюдающие за моим вылетом сквозь неразрушимое стекло диспетчерского пункта, традиционно не задавали вопросов. Если хочет лидер Атлантиды обходить свой новенький «вайпер-VII», да трогать его за обшивку – его дело.

Я точно знаю, что Альвар так не делает. На Эрмене было принято подготовку доверять наземной команде, пилот лишь завершает ее в кабине. Традиция из глубины веков… Ибо так же действовали и Древние.

Что ж, пусть.

Для меня «вайпер» не просто истребитель. Это нечто… Сложно описать, конечно, но так бывает, когда мужчина до одури влюбляется в свой автомобиль или мотоцикл или что у него есть.

Это… Мне одного взгляда на «вайпер» хватило, чтобы понять – это то, что мне нужно. «Джампер» великолепная машина, с этим никто в здравом уме не будет спорить. Но «вайпер»…

Истребитель это совсем другое. Хищный на вид, с большим числом боекомплекта, быстрее «джампера», не требующий каких-то особых нововведений или прогресса… Машина понятная, простая, без лишних изысков или чего-то подобного.

«Двойка» - то, что нам нужно для массовости авиации.

«Семерка» - для элиты.

Что ж… Экспортные варианты обеих машин, само собой, кардинально отличаются от того, что собрано для нужд Атлантиды. И сейчас, передо мной, как раз «семерка» из числа последних.

Правая ладонь так и тянулась к сайдстику на правом подлокотнике. Мозг буквально хотел впиться в эту прекрасную эргономичную ручку, обхватить ее и начать действовать. Впервые в реальности.

Но логика задавила импульсивность.

Нельзя. Возьму сейчас сайд, хоть одно неловкое движение – и вместо старта мне придется соскребать себя со стен, пола или потолка ангара.

Не поможет ничто из того, чем «наша» «семерка» оборудована в отличие от «экспортной».

Кабина «вайпера» в сериале «Звездный крейсер Галактика».

«Ручка» в лантийской версии «вайпера» сменила свое местоположение, как и часть оборудования. Если «лорный» истребитель во многом походил на кабину реального боевого самолета, то изготовление подобной машины в текущих реалиях внесло свои коррективы.

Сайдстик сменил свое местоположение из классического «между ног пилота» на более удобное расположение на правом подлокотнике. Так проще и удобнее для пилота, особенно в затяжном сражении – не нужно работать руками и спиной, только лишь запястьем правой руки.

Внешне машина оставалась такой же, как я ее помнил, но, зато внутри… Типично Древняя эргономика со значительными примесями эрменских технологий и дизайна.

Чайя и Ихаарь при поддержке Альвара создали гибрид, внешне выглядящий как «вайпер» из «Галактики». Вот только внутреннее его содержание больше походило на «джампер».

Панели с подсветкой, голографический интерфейс системы прицеливания, обилие светящихся конопочек и переключателей, крохотных мониторов… Никаких тебе стрелочек, счетчиков, что можно наблюдать в земных самолетах и классических «вайперах».

Первый самостоятельный вылет на «вайпере»… Ни в виртуальной обстановке, где проходят тренировки солдат и пилотов. Ни в паре с Альваром, который, как и пара «джамперов», следил за тем, чтобы я себя не угробил и показывал мне на что способен этот прекрасный аппарат.

Один.

Только я, «вайпер» и бесконечный океан.

Антигравитационная подушка корабля работала так же тихо, с едва различимым мелодичным звуком, как и на «прыгуне». Стоило только моим пальцам в тонких, но крепких перчатках комбинезона перевести положение тумблера или нажать клавишу, как умная система тут же выполняла электронный приказ.

Проверена авионика, двигатели, проекторы щита, вооружение, системы маневрирование, катапульта, жизнеобеспечение костюма и машины, инерционные компенсаторы…

Перечень того, что следовало пилоту проверить на предмет исправности, можно уложить на несколько листов бумаги. Но здесь бумаги нет. И нет планшетов, на которых бы я ставил «галочки» напротив проверенной позиции, отмечая ее работоспособность.

«Вайперы» напрямую связаны с кораблем-носителем и вся информации с борта передается в диспетчерскую. Для моего истребителя носитель это Атлантида. Как и для всех собранных за прошедший с момента взрыва планеты месяц машин этой модели.

Машина полностью готова к вылету. Я буквально ощущаю едва различимую дрожь корпуса, предвкушающего с нетерпением отправку в полет.

И я знаю, что это не машина дрожит, а нервничаю сам. Сознание играет злую шутку, но мне эти игры не мешают. Даже нравятся, если на то пойти.

- «Вайпер-Лидер» вам разрешен взлет, - сообщил мне флегматичный голос диспетчера в тот самый момент, когда крохотный светлячок над тумблером управления шасси зажегся зеленым цветом. Следовательно, посадочные опоры «вайпера» втянуты внутрь. Машина готова к тому, чтобы покинуть ангар.

- Вас понял, вылетаю, - ответил я.

Вот теперь пальцы уже по праву владения обхватывают сайдстик.

В дальнем конце огромного помещения распахнулись, разъезжаясь в вверх и вниз, створки ангара. По глазам мазануло ярким дневным светом, отчего система затемнения шлема и кабины штатно сработали, погружая кокпит в комфортный полумрак.

Несмотря на снижение светопропускаемости, разобрать все, что написано на кнопках и рядом с переключателями, выводилось на мониторы и голографическую проекцию, можно разобрать без напряжения для глаз.

В который раз убеждаюсь в том, что Древние в состоянии сразу и наперед продумать последствия. По крайней мере в тех задачах, которые кажутся им простыми.

Оттого так бесит то, что происходит.

- Вылет, - сообщил я, надавив на правую педаль.

Так же, как и на автомобиле, она отвечала за акселератор. Сцепления, конечно, тут нет, как и коробки передач. Но вторая педаль, на его месте, присутствует. И, как бы смешно это не звучало, но да, это тормоз.

Индикаторы активности двигателей предсказуемо выросли, отмечая увеличение выхода мощности силовой установки.

«Семерка» послушно устремилась вперед, держась над поверхностью ангара на антигравитационной подушке.

Взлетное ускорение оказало некоторое давление на тело, освещение и интерьер ангара промелькнули перед глазами, и вот, вот оно!

«Вайпер» вырвался из створа ангара. Послушная машина отреагировала на движение сайдстика, взмыв вверх. Индикаторная панель работы маневровых и маршевых двигателей послушно отметила работу каждой из систем: в то время как три ионных двигателя придавали «семерке» ускорение, носовые маневровые задрали переднюю часть корабля, выбрасывая из сопел инертный газ.

Одно лишнее усилие – и машина опишет мертвую петлю, после чего довольно легко свалиться в неконтролируемый штопор. Я знаю это лучше кого-то другого – раз семнадцать так разбился на тренировках.

Правда, это была «двойка» в виртуальной обстановке.

«Семерка», предназначенная для нужд Атлантиды… она другая.

- «Вайпер-Лидер» взлет произвел, - отчитался я диспетчерской. – Приступаю к выполнению программы полета.

- Принято «Вайпер-Лидер», - отозвались с Атлантиды. – Наблюдаем за вами.

Так и должно быть.

Как-никак, а, если что-то пойдет не так, то нужно будет отправить спасательную бригаду, чтобы обнаружить меня после крушения.

Разбиться с такой высоты я не боюсь. По крайней мере не так сильно, если бы знал, что у меня нет никаких шансов уцелеть.

«Семерка», предназначенная для Атлантиды, как уже говорил, кардинально отличается от тех машин, которые получают эрменцы.

Да, по факту, отличие лишь в установлении «дополнительного оборудования». Но оно кардинально меняет сам МЛА и его поведение в бою.

Нет, Ихаарь и Чайя до сих пор, несмотря на бессонные ночи и изучение наборных устройств на различных планетах, а так же в «джамперах», так и не смогли изготовить портативную копию для «семерки». Но не отчаялись, не сдались и продолжают делать это.

Как и многое другое. И результат их работы – это истребитель, который я пилотирую. Один из эскадрильи, созданной для Атлантиды за прошедший месяц.

И, надо сказать, это меня радовало. Да, отчасти может опечалить то, что изготовили наши техники две эскадрильи «семерок». Но одна, в соответствии с союзным договором, ушла на Эрмен. А их пилоты, как и наши из числа солдат бывшей службы безопасности «Авроры», тренировались в стазис-капсулах и виртуальной обстановке на Атлантиде.

Вот только никто за пределами Атлантиды не знал, насколько сильно наши истребители превосходят то, что мы передали эрменцам. Впрочем, даже если бы они сильно захотели, то не получили бы их. А, если бы, даже и так, то все равно не смогли бы воспользоваться преимуществами улучшенных версий.

Что делать с «джамперами», которые повреждены настолько, что восстановить их намного сложнее, чем построить заново? Правильно, разобрать на запчасти. Попутно исследуя технологии, которые лантийцы использовали для их создания. Ведь это эксклюзивно лантийская технология.

Технической бригаде, работающей над созданием и улучшением наших малых летательных аппаратов, нужно памятник при жизни поставить.

Пусть мы не получили портативное наборное устройство для истребителя (надеюсь, что временно не получили), но обновленная «семерка» Атлантиды может похвастаться рядом улучшений.

Первое из них и самое значительное – это улучшенная защита.

- Активирую щит, - сообщил я, сверившись с приборами. – Система питания на оптимальном уровне, показатели в «зеленой» зоне.

- Принято, «Вайпер-Лидер», - отозвался диспетчер. – Отслеживаем.

Сплав, который используется на «вайперах» в качестве обшивки, крепок. Но он не в состоянии удержать герметичность корпуса в случае прицельного огня противника. Строить дорогостоящую, затратную по ресурсам машину, которую пилотировать может только обладатель гена Древних и, при этом, оставить ей шанс на выживание только до первого точного попадания… Это было бы большой глупостью.

А последнее, не наш путь.

Щиты Древних, предназначенные для боевых космических кораблей, обволакивают корпус звездолета на небольшом отдалении от обшивки. В отличие от других рас, которые используют банальный «пузырь» вокруг корабля, Древние нашли преимущество именно в подобных технологиях.

Экипаж «Авроры» провел в анабиозе десять тысяч лет. У них было время поработать над улучшение тех технологий, к которым они имели доступ. И улучшение щитов линкора было одной из технических задач, которые покойный трибун Титус поставил перед своим экипажем.

Эти наработки вошли в проект обновленной «семерки».

Желтоватое сияние окружило хищный корпус «вайпера-VII», отгородив его обшивку от плотных слоев атмосферы. Трение, возникающее в ходе скоростного прохождения атмосферы, раскаляющее металл, мгновенно исчезло. Корабль словно спущенный с поводка зверь, устремился вперед и вверх еще быстрее.

Пусть силовая установка «вайпера» не могла развить мощности, сопоставимой с таковой на линкорах, но уже то, что есть – большое подспорье. Потерять пилота и машину для нас недопустимая роскошь. А, как показывает учебный бой между Кириком и Альваром, обновленная «семерка» в состоянии выдержать несколько прямых попаданий бортового оружия рейфовской «стрелы».

Испытывать корабль на прочность, стреляя в него из корабельных импульсных пушек «Ареса», или снарядами, бессмысленно. Мощи в энергетическом заряде импульсной пушки достаточно, чтобы испарить кораблик, не оставив от него ничего, кроме воспоминаний.

Снаряд же… Это и вовсе «имба», против которой нет защиты.

Ну, или как минимум, мы о ней не знаем.

Антигравитационная подушка, на которой кораблик «дрейфовал» после того, как были убраны шасси, тоже заимствованная технология из «прыгунов». В принципе, первые «двойка» и «семерка» были как раз собраны (для ускорения процесса) из деталей отлетавших свое «джамперов».

Но кое-что попало на «семерку» уже после.

Причем, с моей подачи.

Нейронный интерфейс.

Нет, речь не о контрольном кресле Древних. А о технологии, которая установлена на «прыгунах» и является сильно урезанной версией легендарного оборудования лантийской военной и научной мысли.

Нейронные интерфейс – именно так официально лантийцы называли комплекс оборудования, имеющий разную форму, размеры и места установки. Но цель у них была одна – реагировать на ген Древних в первую очередь. Ну и управлять технологиями Древних силой мысли.

Да, тоже в первую очередь.

Именно поэтому на «семерках», которые Атлантида построила исключительно для себя, стояло дополнительное оборудование. Именно потому, что эти машины пилотировать должны и могут исключительно только пилоты с генами Древних. А их число у нас строго ограничено по известным причинам.

Так же, как и на «джамперах», ментальное управление не является единственным. Можно пилотировать лишь силой разума, но никто не отменяет знаний систем корабля и умения справиться с «вайпером» при помощи одних лишь кнопок и рычагов. Технологии Древних совершенны, но, как и любые механизмы, выходят из строя. А в сражении это может случиться в любую секунду.

Оттого и щиты установлены на новые машины – жизнь таких пилотов более чем важна для нас. Было бы просто строить «семерки» без нейронных интерфейсов, как это делается с «двойками» и вариантами «вайпера-VII» для Эрмена. Тогда их могли бы пилотировать наши простые солдаты и летчики, не имеющие гена.

Но в том-то и особенность новых истребителей.

Помнится в моем старом мире в двадцать первом веке бытовала легенда о том, что оружие не стреляет в своих производителях. Дескать, вот производит страна, скажем, баллистические ракеты. Или зенитно-ракетные, оперативно-тактические комплексы. Хорошие по всем показателям. И закупают их за рубежом. По мнению конспирологов, изготовители прячут внутри своих изделий какие-нибудь хитрые устройства или программный код, который исключает использование такого оружия против страны-изготовителя. Мол, направили подобное вооружение на поставщика, а он нажал тайную кнопочку и многомиллиардные комплексы на балансе агрессора просто перестали работать.

Уж не знаю, правда это или нет, но… Как бы мне не хотелось верить в то, что Эрмен наши друзья на века и все такое, паранойя еще не значит, что за вами никто не следит. В нашей реальности это буквально факт – любой Вознесшийся может стоять у тебя за плечом, невидимый и неощущаемый, да видеть и слышать все, что происходит даже на самых тайных собраниях.

Мы уже обожглись на этом с атосианцами. Мало того, что едва не потеряли буровую установку, так еще и в конце концов вмешательство Вознесшихся практически стоило мне и Требал жизни. А многим – стоило. В конце концов атосианское общество и вовсе раскололось на две части, одну из которых истребили дженаи командира Коли.

Дженаи… Коля… Как же они меня бесят. Как и все враги, о которых мы знаем, но не можем до них добраться.

В общем и целом, в оборудовании, которое мы поставляем союзникам, в самом деле есть та самая волшебная кнопка. Не угрозы и шантажа ради, но для безопасности Атлантиды. Я не желаю и не допущу того, чтобы наши технологии были использованы против нас или во вред нашим интересам.

А на тот случай, если неприятель выкинет какие-нибудь фокусы, у нас есть обновленные «семерки». С их щитами, улучшенными характеристиками и доработками, каждый из таких «вайперов» в состоянии противостоять целой группе вражеских истребителей.

Раз уж нас мало, но мы превосходим всех врагов – явных и потенциальных – технологически, то и ставку надо делать не на количество, а на качество своей армии и вооруженных сил в целом.

Немаловажным отличием нашей «семерки» от остальных «вайперов» является не просто катапультируемое кресло, в сидении которого расположено все необходимое для выживания в недружелюбной природе, но и защита самого пилота.

Катапультировавшийся летчик, спускаясь на парашюте, уязвим и легкая мишень. Потому что его защита – это комбинезон и вера в высшие силы. Да, понятное дело, что это касается лишь боя в атмосфере, но все же.

Сможет ли летчик, обладающий комбинезоном, устойчивым для кинетических снарядов, продержаться дольше чем тот, у которого такой защиты нет? Конечно сможет.

А, если у него еще будет, пусть и не лучшая, но все же копия энергетического щита Древних? Активируемая и управляемая ментально, предоставляющая абсолютную защиту от любого воздействия. Да, с рядом проблемных моментов, но все лучше чем ничего.

- Вышел на орбиту, - отчитался я, едва «вайпер» покинул гостеприимные объятья гравитации.

- Показатели в норме, лидер, - доложил диспетчер.

Лететь в кабине космического истребителя – это не тоже самое, что и в кабине «джампера». Пусть последний и более удобный, даже комфортабельный, но именно «вайпер» позволяет пилоту видеть все вокруг собственными глазами практически под любым углом. Разве только сзади не разглядеть что там к чему… Но это и не нужно – вон, есть монитор сканеров, они подскажут что к чему.

Кабина космического истребителя давит на тебя всей массой вакуума и захлестывает от ощущений. Если к полетам на технике Древних я относился вполне равнодушно, возликовав только в первые мгновения, когда оказался здесь, то «вайпер»… Это другое.

Нет новизны в пилотировании «джампера». Это было уже сотни раз, можно сказать «приелось».

А вот истребитель, где только тонкое, но прочное стекло фонаря отделяет тебя от беспощадного вакуума… Скорость, легкость, близость к неизбежности… Да, я понимаю Иваныча и его тягу к небу. В это невозможно не влюбиться. А, влюбившись, не можешь отказаться.

Уверен, появись у соседа возможность пилотировать «вайпер», он бы был на седьмом небе от счастья. Впрочем, как и любой другой пилот на его месте.

Выполнение тренировочного полета заняло несколько часов и порядка двух десятков упражнений. Повторение уже изученного в виртуальной обстановке, но на практике закрепить такие знания жизненно необходимо.

Иначе никак.

Сквозь фонарь кабины виднелась громада боевого спутника, кажущегося на дистанции, отделяющей сектор для тренировочных полетов от Лантеи, не крупнее большого пальца руки. Над северным полюсом материнской для Атлантиды планеты завис «Арес», охраняющий покой города-корабля на период своего нахождения здесь для отдыха экипажа.

Как только увольнительная будет завершена, Ларрин и ее корабль отправятся дальше к своим целям, проверяя и перепроверяя лишенные разумной жизни планеты из списка миров проекта «Оракулус». Везде мы встречаем лишь пустые поселения, чье население бесследно исчезло.

Никаких намеков на новые тайные базы в глубинах планет, никаких современных или близких к ним технологий Древних, кроме спутников и терминалов. Ничего, никаких следов.

На мгновение кажется, будто бы мы потеряли ниточку, ведущую к очередной тайне Древних. Тайне настолько важной, что ее создатели предпочли уничтожить все ключевые следы, чтобы никто и ничто не получило доступ к их секретам.

Месяц я и другие гадали над тем, что именно могли скрывать от остальных лантийцев неизвестные нам ученые с Атлантиды. Но никаких продвижений в этом направлении не случилось.

Чем бы ни занималась та тайная лаборатория, уверенность в том, что это не был пустяк, крепла с каждым днем. Крепла наравне с опытом, которого набирались отряды ЗВ, путешествуя по галактике.

Пусть мы уже сделали первые шаги в этом новом для нас всех мире, но мы лишь в начале своего пути.

А вот испытательно-тренировочный полет с моим участием уже подходил к концу.

Отчасти может быть обидным то, что, несмотря на улучшенную физиологию по сравнению с остальными Древними, я в первом же полете не показал лучшие показатели. Но к ним и не собирался стремиться.

Впереди еще много времени, чтобы научиться быть правильным лантийцем и освоить то, что мне предстоит узнать. Вся жизнь к моим услугам. Нужно просто не уступать под наплывом обстоятельств…

Переходя к завершающему этапу полета, я уведомил об этом диспетчера.

- Мишень готова, лидер, - сообщил последний. – Даю указания на астероид для применения тяжелого вооружения.

На главном мониторе, где мелькали отметки космических булыжников – остатков второй луны Лантеи, разрушенной в ходе войны с рейфами десять тысяч лет назад – заморгал один из самых крупных.

Развернув машину, которая измерила направление своего полета буквально на пяточке, я направил «вайпер» к выделенному мне для практических стрельб астероиду. Размером не меньше чем «прыгун», космический камень медленно вращался, увеличиваясь в размерах с каждой секундой встречного полета.

Расположенный на самой окраине гравитационной ловушки, в которую он попал многие тысячи лет назад, этот камень разорвался на десятки таких же поменьше, как только в его серую поверхность воткнулись три пунктирные линии энергетических пушек моего истребителя.

Будто в замедленной съемке я наблюдал за тем, как заряды энергии при соприкосновении с твердой материей вызывали детонацию, буквально разрывая вещество астероида. Не прожигали, не пробивали, а именно детонировали направленным воздействием, противоположным от точки выстрела.

Импульсные пушки Древних во всей красе… Немудрено, что раз даже такие крохи, как пушки «вайпера» способны на подобные разрушения, то корабельные орудия и вовсе аннигилируют все возможное. Вот это – наглядное подтверждение правоты тех, кто придумал поставить на «Арес» импульсные орудия с варьируемой мощностью.

Стрелять из пушек по воробьям – бессмысленно и расточительно.

- Первая цель поражена, - сообщил я, закладывая вираж.

По щиту пробежала дробь микроастероидов, образовавшихся при уничтожении крупного камня. Пусть они и обладали определенной инерцией и представляли определенную опасность для незащищенного щитом корабля, «вайперу» они не причинили вреда. Но щит все же просел по мощности.

Впрочем, так он и функционирует. Подобные «финты» не проходят бесследно, и об этом следует помнить всегда. Конечно, если есть желание прожить подольше чем несколько минут сражения.

- Выдаем указание на вторую цель, - ответил диспетчер. – Телеметрия отправлена.

- Получил, - новая моргающая точка на мониторе предлагала мне удалиться от края астероидного пояса и облететь его по пологой дуге, дабы атаковать новую цель под прямым углом.

В этом не было бы смысла, учитывая отсутствие четкой привязки к таким понятиям как «верх-низ» в космосе. Но угол атаки рассчитан таковым не просто так. Инерция и направление разрушительного воздействия на этом этапе играют довольно существенную роль.

Главный экран моргнул зелеными отметками, когда мой курс совпал с рассчитанным.

- На боевом, - сообщил я диспетчеру. Не знаю зачем сделал это, ведь Атлантида отслеживает меня благодаря установленному на борту корабля передатчику. Но так как-то привычнее. Создается атмосфера вовлеченности в реальное сражение… Уверен, что довольно скоро мне предстоит в нем поучаствовать.

Как бы не возражали в один голос Чайя, Требал и Ларрин, но с передовой я не уйду. Даже если погибну, они всегда найдут мои записи о том, что мне известно об этой вселенной. Максимум, чем я могу быть полезен в случае смерти – так это образцом своей ДНК, хранящемся в медицинском центре (спасибо Селиз), да мемуарами.

Предупреждающий огонек моргнул, напомнив о том, что настоящая дистанция является наиболее оптимальной для задуманного.

Количество тренировок в виртуальной обстановке превышало все мыслимые пределы, так что нужную мне крохотную панель управления обнаружил даже не глядя на нее. Получаться находить нужные элементы управления «вайпером» вслепую у меня стало только где-то через пять-шесть дней, проведенных в стазис-капсуле, конечно.

Но оно того стоило.

Мне не нужно было даже смотреть на показания контрольных дисплеев – достаточно и индикаторных датчиков, дублирующих ту же информацию. И, раз они горят правильным цветом, то все в порядке.

- Почувствуй Силу, Люк, - хмыкнул я, на мгновение закрыв глаза.

Сосредоточившись, дал команду… И «вайпер» круто отвернул в сторону. Вокруг корпуса появились направленные струи инертного газа, разворачивающие корабли прочь.

Но МЛА не просто ушел подальше от мчащейся на него каменной глыбу размером с замок. Разумеется, я оставил кое-что напоследок.

Крохотный по меркам окружающего нас вакуума, желтый огонек, что стремительно преодолел расстояние, отделяющее его от астероида. И уже в следующую после их соприкосновения секунду последний перестал существовать, превратившись в облако крупнодисперсной пыли микроастероидов.

Иного от снаряда Древних и не ожидалось.

- Диспетчер, это «Вайпер-Лидер», - назвался я. – Испытания прошли успешно. Подтверждаю – система запуска снарядов из бомболюка «вайперов» работает превосходно.

Не выкидывать же было пусковые установки снарядов с разобранных «прыгунов», не правда ли?

- Принято, «Вайпер-Лидер», - отозвался диспетчер.

Мне показалось, или его голос прозвучал с нотками волнения на этот раз?

- «Вайпер-Лидер» срочно возвращайтесь на Атлантиду, - ан, нет, не показалось. – Губернатор Чайя санкционировала срочное совещание. Объявлена тревога по всем подконтрольным и союзным мирам.

А я… Я даже не удивлен тем, что вселенная ответила на мое брюзжание очередным вывертом. Честно, мне уже даже не интересно знать что произошло. Могу побиться об заклад, что очередной кризис наступил.

Разве у нас когда-то было иначе?