Илья Модус

Истребление. Глава 151. общий доступ в полдень по МСК

Added 2024-03-24 23:00:00 +0000 UTC

Очередная прибыла!

Желаю приятного прочтения

Наивным желанием было рассчитывать на то, что древние устройства на безымянной планете вышли из строя сами по себе. Разумеется, несмотря на все свои технологические достижения, Древние могли создавать оборудование, которое функционировало тысячи лет.

Но и оно ломалось.

Особенно, если подвергалось воздействию агрессивных внешних сил. Например – нападению рейфов.

Разрушенное поселение, что открылось перед нашим взглядом стоило только добраться до области последних координат расположения терминала «Оракул, представляло из себя довольно обширный населенный пункт. С высоты полета можно было разглядеть сотни домиков и пристроенных к ним сельскохозяйственных построек, некогда заботливо возведенных своими хозяевами.

- Впечатляет, - пробормотал Ихаарь, когда мы пошли на второй круг. Прежде чем приземлиться, я хотел как следует просканировать территорию населенного пункта. Было в нем что-то, что мы раньше не видели в других разрушенных рейфами и покинутых поселениях. Но что именно, я не мог пока что понять.

Но кое-какие версии все же имелись.

Да, однозначно, масштаб. По меркам галактики Пегас это целый город, в то время как в наиболее типичных и широко распространенных поселениях на посещенных нами планетах, деревни редко превышают численность населения в пару сотен человек. Так сложилось исторически – чем крупнее поселение, тем больше вероятность того, что туда нагрянут рейфы, чтобы поживиться населением. Для них гораздо проще зачистить пару крупных городов и поймать как можно больше людей на прокорм в узких улочках меж высоких стен, чем гоняться за разбегающимися во все стороны крестьянами.

С другой стороны, рейфам нравится их вариант охоты.

Так же смущал тот факт, что подавляющее количество зданий в поселке имело не привычные деревянные стены или фахверковые конструкции, а каменные. Стены сложены из многочисленных каменных булыжников, промазанных неизвестным цементирующим раствором. Да, не все постройки столь капитальные – надворные и сельскохозяйственные строения имеют вид глиняных мазанок, окрашенных белилами. Казалось бы, ничего примечательного…

Кроме того, что до сих пор мы нигде не видели того, чтобы жители населенных пунктов тратили время и ресурсы на окрашивание своих домов. Это бессмысленно в условиях, когда ты живешь непосредственно в угрозе появления рейфов в любое время дня и ночи. К чему наводить «красоту», если уже завтра в твоем доме может будет жить счастливчик, которого не собрала «стрела».

В отличие от тебя.

Имелась уже знакомая балочная система перекрытий в нескольких многоэтажных зданиях – тут они доходили до третьего этажа, а нечто вроде церкви или, быть может, магистрата так и вовсе устремляло свой шпиль где-то метров под тридцать высоты. Довольно прогрессивно, учитывая, что у них тут нет подъемных кранов.

- Вы заметили особенности этого поселения? – спросил Ихаарь. Не дожидаясь ответа, он продолжил делиться информацией:

- Они были отрезаны от всей галактики и не могли пользоваться звездными вратами, - очевидный факт, ведь их врата на орбите. А эти люди не умеют летать даже в ближний космос. По крайней мере сканеры «прыгуна», «Ареса», и данные с орбитальных спутников указывают на то, что тут нет ничего, что выходило бы за пределы представления о классической средневековье. – Но в то же время, их система балочных перекрытий идентична таковой, какую мы видели на планете-лаборатории. Невероятно!

- Ты изучил те руины? – удивился я. Вроде бы Ихаарь тогда вообще не был в восторге от путешествия на планету, где дурной рейф проводил опыты над людьми. А сейчас, оказывается, что кроме нытья инженер еще чем-то занимался.

- Я постоянно все вокруг сканирую! – с возмущением и ноткой обиды в голосе ответил Ихаарь. – Знаете, вам, может быть и все равно, но я предпочитаю не сталкиваться с опасностями в миссии. Поэтому да, я просканировал здания, чтобы понять, не рухнут ли они нам на голову.

- На той планете тоже были дома, сделанные из камня, - напомнила Тейла.

- О какой планете идет речь? – поинтересовался Ронон.

И вот тут я напрягся. До сих пор мы не рассказывали сатедианцу о том, что может наша спутница. И каким путем она получила подобный дар. А вот рассказ о планете-лаборатории…

- Мы используем одну планету, где рейфы экспериментировали с людьми, - беззаботно сообщил старший инженер.

- Ихаарь, - предупреждающе посмотрел я на него. Но парень не понял намека, а потому коротенько рассказал что к чему. Ну не кидаться же мне на него через наборное устройство?

Пусть Декс у нас не из числа отбитых на голову, но рейфов и все, что с ними связано, он ненавидит. И тот факт, что у нас в команде есть девушка с ДНК рейфов, может…

- Понятно, - только и ответил сатедианец. В отражении на ветровом стекле я видел, что он расслабленно откинулся на спинку кресла и без каких-либо проявлений враждебности посмотрел на сидящую слева от него Эммаган.

- Ты довольно спокойно отнесся к тому, что услышал, - заметил я.

- А что я должен был сказать? – Ронон практически поставил меня в тупик своим вопросом. – Ее вины в том, что сделали рейфы с ее народом нет. Обвинять ее в том, кто она есть ровно тоже самое, что обвинять меня в том, что я виноват в семи годах жизни в качестве «беглеца». Не мы выбирали эту дорогу, но мы по ней идем.

- Спасибо, - тихо произнесла Тейла.

- За что? – непонимающе посмотрел на нее сатедианец.

- За понимание, - объяснила единственная девушка нашего отряда.

- Не за что, - ответил Ронон, наградив ее фирменной кривой улыбкой. – Мы же одна команда.

На данный момент его рассуждения о пути, которым мы идем, есть самая длинная и глубокомысленная речь, которую поведал нам сатедианец с момента своего присоединения к нам. И, возникает предположение, что неспроста он столь красноречив… Однако, мне до этого нет дела.

- Знаете, - нарушил неловкое молчание Ихаарь. – Это поселение все больше вопросов вызывает.

- Да, поэтому я намерен приземлиться и погулять по нему, - старший инженер бросил на меня предупреждающий взгляд. – Нужно узнать что случилось с терминалом «Оракула».

- На мой взгляд тут все и так ясно, - подал голос Ронон. – Их собрали рейфы. Всех на планете. Пришли через врата, как они это делали сотни раз в других мирах и забрали население.

- Целиком? – уточнил я. – Нет, рейфы действуют таким образом исключительно в случаях, когда население планеты угрожает их собственным планам. Из того, что мы видели, у рейфов здесь не было причин опасаться нападения местных или проблем при сборе. Кроме того, если бы рейфы прибыли сюда, то, разве не обнаружили бы орбитальные спутники наблюдения?

- Мощности их сканеров оказалось бы вполне достаточно для подобного, - согласился Ихаарь. – Но спутники целы и на месте. Нет никаких следов того, чтобы они были как-то повреждены или к ним подключалось дополнительное оборудование. Кроме того, я подключился к логам сканеров… Прочесть все записи абсолютно невозможно за короткий срок, но поиск по ключевым словам указывает на то, что здесь не было рейфов.

- А город выглядит так, будто пережил войну, - сообщила Тейла.

Да, ее замечание совершенно верное. Сперва я принял разрушения построек за естественный процесс. Мол, из-за длительности времени бесхозные постройки начали разрушаться... Но в то же время, если внимательно присмотреться, то можно увидеть следы пожаров и повреждений, которые явно не характерны для естественного процесса разрушений.

Например, сквозные дыры в невысокой, метра два в высоту, каменной стене, опоясывающей город. Чтобы построить ее, пусть и в один-два ряда средних размеров камней, нужно как следует потрудиться на протяжении явно не пары дней или недель. Особенно при том, что рядом не видно гор, откуда можно было бы брать материал для строительства города и защитной стены.

Кроме того, подобного рода стены – без площадок для размещения стрелков, без большого количеств дозорных башен на каждом углу и протяжении стены, без рва, заполненного водой, перед стенами, не строят для того, чтобы отражать нападения. Они больше подходят…

- Эти стены построили для защиты от диких зверей, - выдал мнение, полностью соответствующее моим размышлениям, Ронон. – Слишком простые для обороны. И их легко пробили. Сперва проделали дыры в центральной части стены, затем верхняя часть обвалилась. Дальше штурмующие вошли в поселение через проломы в ограждении и всех тут перебили.

Обнаруженное поселение.

- Возможно, - согласился я, направляя корабль на то, что явно было в представлении местных центральной площадью. Площадью, которая, как и главные улицы, связывающие центр города со всеми воротами периметра, была мощена булыжником. Сейчас вокруг булыжников уже, конечно же, проросла трава, да и о самом мощении дорог, скрытом под слоем перегноя и травяного ковра можно было судить лишь по отдельным фрагментам.

Но общая картина развитого для Пегаса общества складывалась воедино. Ну, а финальные слова Ихааря только подогрели интерес к происходящему.

- Можете удивляться, можете нет, но я тут посмотрел данные сканирования поселения… Площадь – это идеальный круг, дома правильной геометрической формы и даже спустя столько времени, чуть покосившиеся, они все еще имеют минимальные отклонения по вертикали. Ну, а про то, что местные дороги ровнее, чем можно себе представить, глядя на уровень развития людей в галактике, я даже заикаться не буду. Кем бы ни были местные жители, но с точными науками у них явно было все в порядке. Как минимум с геометрией…

- Кажется, нам потребуется помощь в обследовании этого города, - произнес я в тот момент, когда днище «прыгуна» коснулось затянутой травой поверхности центральной площади.

Рука сама потянулась к корабельному коммуникатору.

- «Арес», это ЗВ-1. Запросите на Атлантиде дополнительные силы для обследования разрушенного города. У нас тут возникли вопросы…

***

Ратуша представляла из себя четырехэтажное помещение с высокими потолками. Первые два этажа представляли из себя правильной формы помещения с квадратными основаниями.

На нижнем этаже располагалось нечто, похожее на общий зал собраний – просторное пустое помещение, в котором могли бы поместиться несколько сотен, а то и тысяча человек.

Давно истлевшие скамейки с металлическими основаниями, съеденными ржавчиной оставили на полу лишь блеклые воспоминания о том, чем являлись изначально. Однако, пусть и выгоревшая на свету, но все еще различимая мозаика на стенах указывала на то, что это место имело минимум мебели.

Но на мозаике, выполненной, между прочим, из покрашенного и гладкого щебня, имелось изображение как раз массового сбора людей в этом помещении. Все они стояли лицом к одному-единственному человеку, который возвышался над ними благодаря тому, что расположился на лестничной клетке у противоположной ко входу стены.

Широкий лестничный марш строго по центру помещения упирался в плоскую поверхность пролета, от которой двумя прямыми крыльями уходили лестничные марши на второй этаж.

И, если первый этаж представлял из себя всего лишь место общего собрания местных жителей, то на втором уже имелись подобия комнат и кабинетов. Множества комнат и кабинетов.

Судя по всему, здесь когда-то имелся и архив, и зал совещаний, приемные для частных бесед. Все уже давным-давно истлело и превратилось в прах. Это, в свою очередь указывало на время, когда поселение оказалось разрушено и заброшено.

Произошло это событие явно не вчера, не позавчера и даже не неделю назад. Годы, возможно, что даже десятилетия, а то и куда как больше.

Нет ничего полезного ни в архиве – бумаги и даже деревянные полки под книги и манускрипты, давно уже расползлись на молекулы. Нет ничего полезного и в других комнатах – лишь следы того, что здесь некогда работали люди.

На четвертом этаже располагалось нечто вроде дозорного пункта и колокольни. Быстрый осмотр высокой башенки, вырастающей прямиком из третьего этажа, показал, что она могла использоваться как место для наблюдения за округой – вид отсюда открывался довольно приличный. Если использовать хотя бы простые оптические приспособления, то окрестности просматривались до самого горизонта. А там ведь не только открытые луга и леса, но и горы. Примерно в километрах пятидесяти от города.

Кроме того, под крышей смотровой башенки имелись все необходимые приспособления – по крайней мере их остатки – которые позволяли сделать вывод о том, что здесь прежде располагался колокол. Который, разумеется уже давно «бобры сгрызли».

Будь здесь владельцы земных автомашил, днище, мосты и пороги которых регулярно атакуют эти самые «бобры» в виде ржавчины, они бы шутку оценили. Но их здесь не было…

Отчасти даже начинаю скучать по Земле.

Но каждый раз вспоминаю о том, что соваться в неизвестность, руководствуясь не логикой, а лишь фантомными болями ностальгии, очень и очень плохая идея. Что бы там не происходило во Млечном Пути и на Земле, это заставило напрячься даже Вознесшихся.

Было бы все хотя бы даже в относительном порядке на Земле, сюда бы прибыла экспедиция землян. А, раз ее нет, значит дела там настолько плохи, что имея всего один боевой корабль, минимум людей, ограниченные ресурсы и слишком большое количество врагов, не стоит соваться туда.

По крайней мере пока.

Или же, я боюсь того самого эффекта, который заставит меня и мою копию из этой вселенной страдать так, как никто никогда не страдал? Не знаю. Но после всех тех «приключений», которые мне организовали Вознесшиеся, прямо заявившие, что я не их герой, а потому и не будет никаких нарушений правил, меня прям органически отталкивает от Земли.

В конце концов, сейчас у меня есть дела поважнее. Например, собрать разбросанное по всей галактике наследие Древних, найти и прикончить Колю, Падальщика, желательно всех рейфов, обнаружить десяток-сотню МНТ или хранилищ, полных дронов, джамперов, целых и пригодных для дальнейшего использования кристаллов, оборудования, пару десятков линкоров в идеальном техническом состоянии и с полными арсеналами дронов, с парочкой МНТ в каждом. Еще бы не помешала какая-нибудь отколовшаяся и тихо живущая на задворках галактики колония Древних, которые бы признали меня своим Богом-Императором и безропотно перешли под мое начало…

Ну, и, конечно же, губозакатывающую машинку. Последняя прям является стратегической необходимостью для выживания в мире далекого и развитого будущего галактики Пегас. Особенно, если в этой галактике оказался попаданец-славянин с непомерным желанием забрать себе все, что только плохо лежит.

А ведь сколько тут брошенных вещей Древних по всей галактике, за которые жизненно необходимо бороться и искать, найти и эксплуатировать?! Чего только полигон мини-снарядов стоит! Да это же наш священный Грааль, в котором явно кроется секрет нашего благополучия.

Найдем полигон, получим всю необходимую документацию по снарядам – а она там явно имеется – и вуаля! Можно будет самостоятельно наладить производство снарядов, самого крутого оружия, какое только могли создать представители рода человеческого в ближайших галактиках!

Будут снаряды – не будет больше необходимости их экономить! Сможем заполнить арсеналы всех наших кораблей - от Атлантиды до прыгунов, может быть даже разработаем систему их использования «вайперами», сможем строить аванпосты, вооруженные такими снарядами!

Пока рейфы проснутся, мы уже сумеем как следует укрепиться. Пусть приходят в каком угодно количестве – у нас будет стратегический запас всего необходимого, чтобы разорвать их флоты как Бог грудь Адама ради ребра.

Оставалось только дело за малым – найти ту самую планету с тем самым полигоном. Земляне о ней рассказали только на четвертый год своих приключений, а до тех пор, несмотря на то, что вроде бы как какое-то время на ту пору уже сотрудничали с местными, даже не подозревали о том, что у них под носом.

Хотя доктор МакКей говорил, что записи о полигоне землянами были обнаружены в базе данных Атлантиды. Только лишь координаты планеты, где Древние испытывали свое изобретение, члены экспедиции так и не смогли отыскать.

Может ли это быть свидетельством той же проблемы с которой столкнулись и мы – зашифрованностью подавляющего количества файлов в базе данных города-корабля? Возможно, раз Морос заблокировал ее до своего ухода из города десять тысяч лет назад.

Не может быть такого, что координат нужной нам планеты нет в базе данных. Однако, все, на что мы наткнулись – лишь короткая справка о том, что лантийцы в период войны с рейфами проводили испытания своих снарядов на планете под кодовым названием «Полигон». И ничего больше – ни целей, ни задач этого испытания, ни отчета о завершении миссии.

Вот бы отыскать его, да еще получить все возможные данные о снарядах!

Эх, мечты, мечты…

Бросив взгляд на залитый светом горизонт, со вздохом (ну, почему мечты не материальны?) направился по старым ступеням (каменным, между прочим), на третий этаж.

Здесь, как и на первом этаже, имелось всего лишь одно помещение. В три раза меньшее, чем на первом, но, вместе с тем, тут было достаточно просторно для того, чтобы разместились десятка полтора человек. Вкупе с наблюдателями наверху и возможностью давать указания тем, кто собрался внизу, попутно советуясь с обитателями второго этажа, где явно размещались органы власти, это крайне верное место для размещения того, что нас интересовало.

А предмет наших интересов очень сильно напоминал терминал управления молекулярными мастерскими на Атлантиде. Вот только, несмотря на внешнюю похожесть, этот терминал имел совершенно иное предназначение.

Благодаря ему Древние еще десять тысяч лет назад давали указание подконтрольным им расам.

Одна из которых проживала здесь и являлась большим практиком точных наук. Причем в том эквиваленте, который им однозначно не должен был быть знаком. Даже при наблюдении со стороны Древних.

- Можете верить или нет, но это были Древние, - произнес Ихаарь, вылезая из-под плоской, как стол, сенсорной панели терминала «Оракула». – Больше просто некому…

Терминал «Оракула».

- Да, мы уже знаем, что это оборудование с целью наблюдения было распространено Предками, - блеснула осведомленностью Тейла. – И они, по-видимому, поделились знаниями с этими людьми.

- Странно, что они не установили такие терминалы и спутники на всех планетах, где обитали люди, - сухо сказал Ронон. – Многие бы не отказались от такой помощи. Это крайне добротные дома, в которых можно проживать целыми поколениями и вести оборону. Ре йфам потребовалось много усилий для того, чтобы разрушить наши здания. Другое дело, если постройки из дерева…

- Вы не поняли, - Ихаарь с благодарностью схватился за протянутую мной руку и поднялся на ноги. – Ух, аж свет в глазах померк! Так о чем это я?

- О том, что мы что-то не поняли, - напомнил я, поглядев на ожившую плоскую поверхность терминала «Оракула».

Пробежали потоки букв на Древнем. Несмотря на то, что «бегущая строка» раздражала и двигалась довольно быстро, я уловил смысл предупреждающих надписей. «Производится запуск», «Установка связи со спутниками наблюдения», «Активация подпространственного передатчика», «Запуск основных программ»… Получается, лантийский язык, пусть и бегло, но понимаю.

Не так, как родной, когда ты просто смотришь на текст и уже понимаешь смысл. Понимание лантийского для меня происходит с задержкой. Как когда учишь зарубежный язык, ты, прочитав на первых занятиях текст, копаешься в памяти, пытаясь вспомнить что же значат те или иные слова.

Вот и у меня подобного рода ощущения.

Потому как смысл увиденных мной надписей я осознал тогда, когда на сенсорном мониторе терминала уже появилась двухмерная карта местности.

- Ага, значит не ошибся, - потер руки Ихаарь. – Терминал не был сломан, поврежден или разряжен. Его просто выключили. Влезли в аппаратуру и отключили питание процессора и ключевых систем от источника энергии. Если не умеешь разбираться в лантийской технике – не поймешь что к чему.

- Никаких следов варварского отношения к технике? – уточнил я, разглядывая транслируемую карту.

- Ни единого намека на то, что тот, кто это сделал, не представлял что он делает, - затейливо выразился Ихаарь. – Это был квалифицированный специалист, прекрасно знающий систему. Не знаю зачем нужно было отключать этот терминал, но тот, кто это сделал выполнил все положенные процедуры, чтобы устройство можно было запустить вновь с минимумом усилий.

- В галактике не так уж много тех, кто знает как обращаться с техникой Предков, - резонно произнес Ронон. – Лично я знаю всего одного место.

- Не думаю, что Атлантида в период войны интересовалась тем, как бы грамотно отключить свои устройства по всей галактике, - меня терзали смутные сомнения. Но, если это делали не лантийцы, то кто? И где население планеты?

Данные сканирования с «Ареса» однозначны – тут нет ни единой живой души, кроме нас.

Хотя масштабы проводимого здесь мероприятия поражают – достаточно только посмотреть на план местности, которая нас окружала.

Огромная равнина, на которой в центре размещалось поселение. Дальше начинался непролазный лес, упирающийся в скалы, которые я уже видел с наблюдательной вышки.

Не меньше сотни километров чистого от леса пространства в разные стороны, изгибающееся течение широкой реки с несколькими заводями и бухточками, где, очевидно, располагались рыбацкие стоянки. И буквально десятки различных схематичных пометок, в которых карта утопала.

Что любопытно, так это то…

- Значки изменяют свой цвет с зеленого и синего на красный, - указал Ронон на подмеченные мной динамические изменения на карте.

Интерфейс терминала «Оракулус».

- На терминал поступают обновленные данные от орбитальной группировки спутников, - объяснил Ихаарь, пробегаясь глазами по интерфейсу. – Любопытно… Высокая детализация, большой объем справочной информации… Да здесь буквально все данные о наблюдаемой территории! Состав почвы, соленость, типы растений и деревьев, залежи металлов и полезных ископаемых по списку, глубина пролегания, оценка плодородности почв, глубина и размерения реки на отслеживаемом участке… Хм… Интересно, - инженер склонился над участком карты. – Если я правильно понимаю легенду интерфейса, то это, - он ткнул в небольшой красный значок, - шахта. Причем шахта известняка и она неплохо разработана. Однако, произошли геологические потрясения, грунтовые воды ее полностью затопили. А вот тут, - он переместил свой взор на квадрат местности, полностью заполненный золотистыми символами, похожими на схематичное изображение пшеничных злаков, - заброшенное поле. Полагаю, раньше его возделывали, а сейчас оно дикорастущее. Культура…

- С этим мы чуть позже разберемся, - заверил я. – Нужно понять что произошло с людьми на этой планете. Если их собрали не рейфы, то куда они все делись?

- Может перебрались в другое место? – Тейла посмотрела мне в глаза. – Их город подвергся нападению.

- Не так уж сильны разрушения, чтобы его бросать, - отверг я предположение. – Стены, да крыши, выбитые окна. Раз эти люди смогли построить город, то могли его и отремонтировать. Должна быть какая-то непреодолимая сила, которая бы заставила разумных покинуть поселение.

- Версию с рейфами, так понимаю, мы отбросили? – спросил Ронон.

- Пока что из того, что известно, она наименее правдоподобна, - признал я. – Ихаарь, мы можем посмотреть старые записи? То, что было здесь до того, как был отключен терминал?

- Да, я как раз этим и занимаюсь, - сообщил Ихаарь, по очереди смотря то в свой планшет, то на столбики записей на лантийском языке, приводящиеся в контекстном меню интерфейса в правой части экрана. – Любопытно… Последняя запись в терминале – это подпространственная передача.

- Откуда? – спросил Ронон.

- Что в ней содержалось? – одновременно с сатедианцем озвучил и я свой интерес.

- Это был пакет программ, которые внедрились в основной код и привели к отключению терминала, - сказал Ихаарь. – Проще говоря, кто-то прислал на этот терминал приказ дистанционного отключения. Спутники и оборудование перешли в «спящий» режим, после чего уже ничего не фиксировалось. Следующая запись в логах – это перезапуск системы мной.

- Кто прислал сигнал? – повторил я вопрос Ронона. Теперь мы знаем суть передачи, но вот ее отправитель…

- А вот это уже интереснее, - Ихаарь с недоумением посмотрел на меня. – Программа имела приоритетное действие для системы наблюдения. И пристать такую могли только с Атлантиды.

А вот и очередные тайны подъехали…