Как Сбер поглотил всю Россию?
Added 2024-06-18 09:29:07 +0000 UTCЧасть 1. Необычный указ
Весенним утром 1842 года вы проснулись Санкт-Петербурге - столице Российской империи. Вы открываете свежую газету и видите необычное объявление.
Сегодня на Казанской улице дом 7 открывается государственная касса, которая возьмет ваши деньги на хранение и заплатит 4% в год при инфляции в 1%. И вы не понимаете, откуда такая щедрость. Потому что раньше давать деньги под процент могли только богачи, а теперь в кассу ходят все подряд - и солдаты, и ремесленники и даже крестьяне.
Когда вы начинаете разбираться, то оказывается, что осенью прошлого года (30 октября 1841 года) император Николай 1 выпустил указ о создании сберегательных касс «для доставления через то недостаточным всякого звания людям средств к сбережению, верным и выгодным образом».
Но неужели власть вдруг начала заботиться о людях просто так? Нет, все куда хитрее. Если вы посмотрите на Россию того времени, то обнаружите, что она - самая могущественная империя Евразии, которая постоянно расширяет свои владения.
В восточной Европе она получает земли современной Польши, на Кавказе – земли Армении, Азербайджана и Грузии, в Центральной Азии присоединяет территории нынешнего Казахстана, а на дальнем востоке пытается управлять Аляской. И все это в постоянной соперничестве с Англией и Францией требовало огромных денег.На военные расходы таких масштабов уходила треть всего бюджета империи.
И откуда финансировать эти расходы было непонятно, потому что государство уже давно печатало ничем не обеспеченные ассигнации (по сути беспроцентный государственный долг), которые превратили бумажный рубль в фантик.
И власти начали думать, где взять деньги. На западе в это время во всю шагала индустриализация, и по всей Европе одни за другим открывались коммерческие банки, которые давали кредиты и предприятиям, и государству.
В России банки тоже были, но почти все - государственные. И обслуживали они богатые сословия - помещиков и купцов. Да и зачем помещичьей России того времени были нужны банки? В стране читать-то умело дай Бог 7% населения.
Но ведь у этих людей были какие-то сбережения, которые они хранили дома. И вот эти самые сбережения были хорошим источником кредита для государства. Ведь откуда брались те самые 4% доходности в сберкассах? Не из воздуха же. На деньги, которые люди туда несли, покупались государственные облигации.
Вот взгляните, как вместе с ростом денежных вкладов в этих кассах увеличивался портфель кредитных бумаг.
Чтобы завлечь вкладчиков использовались разные методы агитации. Например, в 1843 году вышла интересная брошюра «Разговор о сберегательной кассе Алексея Никифоровича с Егором Прохоровичем».
Егор Прохорович заскакивает к своему приятелю Алексею Никифоровичу и начинает диалог о сберкассах. Сам Егор слышал об этом чуде лишь по слухам, поэтому просит своего приятеля растолковать, что же это такое – сберкассы ваши. И Алексей на пальцах объясняет что деньги там никто не украдет, а сам Егор не пропьет их в трактире. В общем, Алексей Никифорович изобрел научпоп по экономике почти двести лет назад.
Но за первые 20 лет существования сберкасс в России было внесено 6,3 миллионов рублей. Мизерные цифры, если вспомнить население страны в к тому моменту – 70 миллионов человек, а бюджет одной лишь армии в 1860-ом году – 130 миллионов рублей. Почему так? А вы посмотрите, например, на клиентов сберкассы в Калуге.
И вот только когда отменили крепостное право, и крестьяне начали постепенно выкупать свои земли у помещиков, а правительство гарантировало сохранность вкладов, количество сберкасс по стране начало расти.
И дело не только в крестьянах, которые становились самостоятельными, но и в том, что государство упростило открытие вкладов и позволило выдавать из сберкасс кредиты для всех слоев населения.
К началу Первой мировой войны в сберкассах лежало почти два миллиарда рублей, которые государство получило в качестве кредитов.
Но всего за 4 года войны Россия потратила огромные суммы. Больше нее на войну потратили только Штаты, Британия, Франция и Германия.
Но самое важное, что неудачи на фронте и огромный дефицит бюджета добили авторитет Николая 2го. Экономический кризис в стране с нищим населением вылился в две революции 1917 года и приходу к власти большевиков.
Часть 2. Деньги народа
После прихода к власти большевики начали строить социалистическое общество и первым делом отказались от всех долгов Российской империи, и национализировали коммерческие банки.
В интересах искоренения банковской спекуляции и освобождения трудящегося населения от эксплуатации банковым капиталом ЦИК поставляет все существующие частные акционерные банки объединить с Государственным банком (Декрет ВЦИК №53 от 14 декабря 1917 г. «О национализации банков»).
Однако народные деньги в сберегательных кассас и проценты по ним трогать не стали. И дело не только в том, что к этому времени 43% всех вкладчиков это крестьяне, но еще и потому что в сберкассах лежало более двух миллиардов рублей – примерно половина всех доходов бюджета страны.
И где правительство могло взять деньги на наведение порядка и последующую индустриализацию? От иностранных долгов вы открестились, и зарубежные партнеры в долг вам больше не дадут. Предприятия вы национализировали, и инвестировать в вашу экономику никто не будет. И если теперь забрать у людей вклады, то новую власть тут же снесут.
Поэтому большевики поступили хитрее. Они оставили право пополнять вклады, но запретили снимать деньги. Вроде бы ничего не конфисковали, но пользоваться деньгами нельзя.
И эти деньги на вкладах за следующие несколько лет уничтожила инфляция, потому что без кредитов и в разрушенной войной стране правительство страшно печатало деньги.
Если в январе 1917 года фунт ржаного хлеба в Москве стоил 200 рублей, то в январе 1921 года – больше трех миллионов. Что и говорить, в 1921 году инфляция в России достигла невероятных 1500%!
Поэтому когда в феврале 1923 года сберкассы открыли, почти 4 миллиарда рублей (в 1917) превратились в 1,2 миллиона (в 1923). Деньги людей просто съела инфляция.
Но чтобы люди все равно несли деньги в сберкассы, власти развернули массовую агитацию. О плюсах сбережений рассказывали по радио, а по улицам советских городов и сел развешивались плакаты с рекламой государственных займов.
Населению вновь начали объяснять - дома деньги не храните и лучше отдайте их под крыло надежного государства, прямо как и в брошюре 1841 года. Но добавилась ещё одна мысль, самая главная: “своим вкладом вы помогаете государству и развиваете промышленность”, а значит заботитесь о будущем страны.
Тем, кто ни в какую не верил в надежность вкладов, предлагали прямо в сберкассах купить облигации, по которым платили сахаром или зерном.
Пропаганда того времени отлично подчеркивала: вот счастливый рабочий, поддержавший индустриализацию, а вот предатель родины, продавший облигации.
Но опять, как только финансовая система более-менее устаканилась, наступило 22 июня 1941 года – война с Гитлеровской Германией. И сберкассы стали местом, где собирались деньги на нужны фронта. Но деньги все равно печатались ударными темпами. В итоге к 1947 году на вкладах оказалось в два раза больше денег, чем в начале войны (16,5 млрд рублей против 7,3 млрд).
В 1947 году власти проводят деноминацию и меняют 10 старых рублей на 1 новый, и уже новые рубли люди также несут куда? Правильно, в сберкассы. А выбора и нет. Вы или храните деньги дома и не получаете ничего, или несете в сберкассу и получаете небольшой процент.
К началу 1960х примерно четверть населения хранит деньги в сберкассах. Военное время осталось в прошлом, а зарплаты растут. Поэтому под новые настроения и тренды менялся и характер агитационных плакатов: их содержание и посыл. Теперь можно не покупать государственные займы, а можно накопить на швейную машинку или путевку на курорт.
Появилось много новых социально ориентированных вкладов: молодежные, семейные, жилищные вклады, на детей. Разные ставки, разные сроки. В общем, сберкассы все больше походили на современные банки, и к 1984 году почти 80 миллионов (примерно 30% населения СССР) человек.
Но близилась перестройка, а вместе с ней и конец советской идиллии. На пороге стояла новая реальность, к которой люди оказались не готовы.
Часть 3. Рождение Сбербанка
А что, собственно, случилось в 1990е?
После прихода к власти в 1917 году большевики закрыли все коммерческие банки и сформировали три государственных - Госбанк, позже ставший Центральным банком (1987 год), Стройбанк и Внешторгбанк.
Внешторгбанк стоял отдельно от всех, потому что через него проходила валюта и держалась связь с мировой экономикой.
Стройбанк финансировал и контролировал строительство, а госбанк эмитировал деньги, и контролировал госбюджет. А еще с 1963 года он держал все сберегательные кассы в стране.
К началу 1980х эта примитивная финансовая система зашла в тупик. Люди несли деньги в сберегательные кассы, и они там же оставались мертвым грузом. Объем вкладов в СССР к этому времени был в 200 раз больше, чем сумма всех кредитов.
Оно неудивительно. Разве мог советский гражданин получить ипотеку, к примеру, на вторую квартиру? Кто ему позволит иметь две квартиры то? А взять кредит на покупку второй машины или на открытие небольшой мастерской?
Но эта проблема была лишь частью общего кризиса.
К середине 1980х годов проблемы советской экономики были видны не только в сберкассах. Советские товары не продавались за твердую валюту, а внутреннее производство не покрывало потребности в бытовых товарах потребления.
Государству ежегодно не хватало десятков миллиардов рублей на решение текущих проблем. И где из взять, было неясно.
Чтобы выбраться из кризиса, генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев берет курс на либеральные реформы. И банковская система тоже попадает под перестройку.
В июне 1986 года председатель правления Стройбанка Михаил Зотов направил Николаю Рыжкову, председателю Совета министров, письмо, где предлагает создать новые банки, которые будут занимался своей отраслью: эмиссия, контроль сберкасс, кредитования промышленностей.
Через год (1987) ЦК КПСС ("О перестройке деятельности и организационной структуре банков СССР") делает из трех банков – шесть, среди которых появился Банк трудовых сбережений и кредитования населения - тот самый Сбербанк, который объединил все сберкассы по всей стране.
Но это была скорее формальность. Куда интереснее было то, что через год году власти разрешили гражданам создавать кооперативы – этакие частные бизнесы, где они продавали бытовые товары, например, одежду, или оказывали услуги, например, открывали кафе.
Но как вы будете вести бизнес без банковского счета? Да и кредиты надо где-то брать. Но все банки-то были государственные.
Так вот закон о кооперативах прямо говорил (п. 5 ст. 23), что "Союзы (объединения) кооперативов имеют право создавать хозрасчетные отраслевые или территориальные кооперативные банки".
В общем, вместе с первыми бизнесами появились первые негосударственные банки, которые в девяностые превратили их владельцев в главную власть российской экономики.
Многие из этих кооператоров связывались с директорами заводов получали у них продукцию по плановым ценам и продавали ее по спекулятивным ценам, делясь откатами с директорами.
Например, на пленуме Омского обкома КПСС сообщалось:
«Кооператив «Омега» при объединении «Кружевница» скупает в государственной торговле готовые трикотажные изделия и переделывает их на шапочки, которые реализует на рынках города по спекулятивным ценам».
Каждый крупный бизнес старался создать свой банк. Поэтому в 1988 году появилось 19 коммерческих банков, к октябрю 1989 г. уже действовало 185 негосударственных банков, 1990 – 986, в 1991 – уже 1414.
Ну а что Сбербанк? Его как, к примеру, Газпром, приватизировали в особом порядке. Уж больно крупной рыбой он был со всеми деньгами народа, которые в нем хранились. К середине 1990 Сбербанке по всей стране работало 248 тыс. человек, или приблизительно каждый второй банковский работник.
Поэтому Сбербанк стал одной из первых компаний, которая перешла в собственность государства, и контрольный пакет акций (51%) получил Центральный банк. А вот с оставшимися акциями разобрались только через пятнадцать лет.
Кстати, похожим образом приватизировали и Внешторгбанк, который был вторым банком СССР по размерам и важности. Его тоже преобразовали в акционерное общество, и до 2007 года 99,9% всех акций этого банка принадлежало государству. Вам этот банк известен под названием ВТБ, которое он получил в 2006 году.
Но пока государство приватизировало самые крупные предприятия, деньги на счетах людей множились, а вот купить на них было нечего.
И правительство не придумало ничего лучше, чтобы эти деньги просто изъять, чтобы побороть скрытую инфляцию. При этом премьер-министр СССР Валентин Павлов, чтобы не вызвать массовый отток денег со вкладов, за пару дней до реформы говорит, что никаких изменений не будет.
А 22 января 1991 года Михаил Горбачев издает Указ "О прекращении приема к платежу денежных знаков Госбанка СССР достоинством 50 и 100 рублей образца 1961 года и ограничении выдачи наличных денег со вкладов граждан") в котором говорится:
- 50 и 100 рублей образца 1961 года отменяются и их надо обменять на новые купюры 1991 года. Причем поменять можно не больше тысячи рублей.
- а снять со вклада можно лишь 500 рублей в месяц – примерно две зарплаты среднего советского гражданина.
Всего на обмен купюр дали 3 дня. Как вы понимаете, у людей пропали накопления, которые они хранили в старых купюрах. То что они откладывали на покупки машины или квартиры, ведь ждали конца дефицита. Реформа провалилась. Люди напрочь потеряли доверие к банковской системе. Но это был не конец.
Гвоздем в крышку гроба доверия к деньгам стал Указом либерализации цен в начале 1992 года.На рынке постепенно появились и еда, и одежда, но уже не по плановым, а по рыночным ценам. И те люди, которые держали деньги на вкладах и не пострадали от павловской реформы, увидели, что всего за пару недель их вклады обесценились в несколько раз из-за роста цен.
Когда же указом Ельцина вклады разморозили в начале 1992 года, оказалось, что деньги, которые люди на них хранили, обратились пыль.
Перестали ли люди после этого нести деньги в Сбербанк? Да нет. История повторилась в очередной раз, только теперь никто не агитировал нести деньги в сберкассы – через отделения сбебранка большинство людей получало зарплаты, и там же в 1992 году гражданам выдавались приватизационные чеки, на которые можно было купить частичку бывшего госимущества.
Даже дефолт 1998 года, когда Россия отказалась платить по своим долгам, не поколебал Сбербанк. А почему?
На начало кризиса в августе-сентябре стоимость долгов в иностранной валюте выросла на 49% и принесла рост Сбербанку на 16,6 миллиардов рублей.
И будто этого было мало, пока многие банки рушились, а курс рубля летел вних, Центральный банк объявил, что вклады в шести крупнейших коммерческих банках заморожены, но гарантированы к возврату. Но гарантия была особая. Чтобы ей воспользоваться, нужно было прийти в отделение Сбербанка и написать заявление о переводе счета из другого банка на счёт в Сбербанке. На минутку, страхование вкладов появилось в России лишь в 2004 году.
То есть вкладчик мог выбрать: оставить свой вклад в своем банке и ждать неизвестно чего, или перевести деньги в Сбербанк.
Часть 4. Секрет могущества
В кризис 1998 года клиентская база Сбербанка выросла на 440 тыс. вкладчиков и в новое тысячелетие банк вошел со статусом островка безопасности среди всеобщей паники.
Получив такое количество вкладчиков, к концу 2005 года Сбербанк выдал более трети всех кредитов людям и компаниям в стране. На счетах у физических лиц лежало 1,5 трлн рублей – примерно треть всей денежной массы страны.
Еще через два года Сбербанк наконец продает свои акции и десятки тысяч инвесторов становятся акционерами. Однако для клиентов банк мало чем отличается от своего образца 90-ых. Я хорошо помню эти неудобные отделения и огромные очереди начала нулевых.
Чтобы изменить ситуацию, на пост президента Сбербанка назначают не абы кого, а Министра экономического развития и торговли Российской Федерации - Германа Грефа, который говорит следующее:
Наши конкуренты научились работать эффективнее и быстрее. Неповоротливые империи рушатся. Нам надо измениться хотя был для того, чтобы просто сохранить свои лидерующие позиции на рынке. Слон должен научиться танцевать.
Новую стратегию Сбера доверили разработать международной консалтинговой компании McKinsey, и когда Греф официально вступил в должность 1 января 2008 года, он отправил всем сотрудникам письмо, в котором подталкивал каждого на небольшое улучшение каждый день.
В Сбербанке работают 265 тысяч человек. Одно улучшение, сделанное каждым сотрудником в день, - это почти сто миллионов улучшений в год.
Начали меняться отделения банков – вместо высоких закрытых окон и неприглядных помещений, Сбербанк внедрял новые . Изменился и логотип – вместо симметричных полосок, сделали смещенный влево шар.
В общем, банк становился удобнее для клиентов и экономичнее для самого себя.
А в 2011 года вся эта громадина могла уместится в мобильном телефоне – появилось приложение “Сбербанк Онлайн”, где можно было делать практически все, что и в отделении.
Но это все была лишь подготовка к главной цели Сбербанка. Вот вам всего один пример. Считайте количество названных компаний:
Утром вы смотрите пробки в приложении 2gis, потом едете к месту встречи на каршеринге «Ситидрайв», в обед заказываете еду в Самокате, после работы вызываете такси до дома в «Ситимобил», в дороге читаете новости на Лента.ру, а вечером включаете сериал на Okko и ужинает блюдом, которое доставили из СберМаркета.
Все эти компании, и с десяток других, либо полностью, либо частично принадлежат Сбербанку, который с 2020 года больше не банк. Он просто Сбер.
Имея под рукой персональные данные 100 млн человек, Сбер стремится стать целой экосистемой, из которой вы не будете выходить, потому что для всего будет один ключ - Сбер ID.
«Это создание вокруг человека набора сервисов, который может оказывать всего одна компания»
Едва ли какой банк в мире может похвастаться десятками миллионов клиентов, в жизнь которых он проник так тесно. И в этом уникальность Сбера – он настолько тесно переплетен с населением и государством, что становится непотопляемым, и от этого - лакомым куском даже для иностранцев.
Вот посмотрите, кому принадлежит Сбер. 50%+1 акцию держит Министерство финансов, а следом за ним самая крупная группа владельцев – это иностранные граждане и компании.
В его активах более 50 трлн рублей – это как у трех самых крупных банков России вместе взятых и в полтора раза больше, чем все доходы российского бюджета в 2023 году.
И в России буквально нет другого такого бизнеса, который мог бы переплюнуть Сбер в количестве активных клиентов. Ведь если что-то происходит с другими банками – люди несут деньги в сбер.
И даже когда после санкций 2022 года, прибыль Сбербанка упала в 4,5 раза, уже в следующем году он получил рекордный результат за всё время существования – полтора миллиарда рублей. Откуда?
Да что там говорить. огромная часть населения считает этот банк единственным надежным местом для хранения сбережений.
Из 24 триллионов рублей, которые лежат на счетах физлиц в Сбере, почти 11 триллионов лежат на текущих счетах. И на часть из них вообще не начисляются проценты.
И как бы другие банки не старались предлагать более технологичные решения, Сбер во все времена остается лидирующим российским банком благодаря своей надежности в глазах населения.
И Сбербанк действительно не может обанкротиться по определению. Его банкротство – равно краху финансовой системы России. Поэтому Сбербанк остается символом благополучия и надежности для населения, даже несмотря на свою, в действительности, короткую историю.
P.S. в заключение, делюсь с вами актуальным отчетом по Сберу, который вы не найдете в открытом доступе.
Comments
<div ><div><span class="text">Николай Пиневич, Согласен</span></div>
Денис Валеев
2024-10-21 12:23:00 +0000 UTC<div ><div><span class="text">Отличный материал, разве что постоянно спотыкаешься об ошибки в тексте, неверные окончания слов и т.д.</span></div>
Николай Пиневич
2024-07-29 08:38:53 +0000 UTC
