Дневник философа. 14.06.21. Когда в США появились имперские амбиции

Сейчас читаю книгу британского историка Кристофера Кларка The Sleepwalkers. How Europe Went to War in 1914. Вот ссылка на английском издание (я сам читаю немецкий перевод): https://is.cuni.cz/studium/predmety/index.php?do=download&did=77027&kod=JMB030 

В этом фундаментальном исследовании (900 стр.) Кларк хочет ответить на вопрос, который волнует многих: как же Европа втянулась в самоубийственную войну? После Первой мировой Европа подорвала свой потенциал и раскололась на многочисленные враждующие миры. А уже после Второй мировой Европа навсегда утратила свою главенствующую роль в мире, уступив ее США. Чтение увлекательное, местами напоминает разбор "шахматных партий": ходы монархов, министров, представителей элиты, СМИ. Обязательно запишу видео с разбором этой книги как только закончу чтение. 

Читая книгу наткнулся на неожиданный пассаж. Кларк в третьей главе говорит о взрыве интереса к мировой политике у главных игроков. Как они выстраивают союзы и конкурируют друг с другом. Причем интерес к понятию мировой политики, например, в Германии, наблюдается не только в высших слоях, но даже в большей мере - в средних слоях и в СМИ. Тогда мировая политика стала обозначать расширение влияния на мировых рынках и в колониях. Колониализм и рыночное мышление шли рука об руку. В Германии стремление приобретать колонии и желание играть ведущую роль на мировой сцене свидетельствовало о тоске по национальному проекту, который смог бы объединить разрозненные регионы немецкого рейха (напомню, что Германия объединилась в 1871 году, всего за пару десятилетий до описываемых событий). Свой главный колониальный интерес Германия направила на африканский континент. Но не только. Приобретая отдельные острова и территории Китая, Германия столкнулась здесь не только с британскими, Французскими и Российскими интересами, но, главным образом, с интересами США. И вот тут я стал читать внимательнее. Я, конечно, знал, какой ценой США продвигались на Запад. Но тут речь шла о колониях за пределами Северной Америки. Я знал об Американо-мексиканской войне 1848 года, в результате которой были присоединены Верхняя Калифорния и Новая Мексика (а в 1845 году аннексирован Техас). Да, я знал о войне США с Испанией в 1898 году. Но Кларк впервые обратил мое внимание на зарождающиеся имперские амбиции США как раз накануне Первой мировой. Я раньше разделял простую схему: есть воинственная Европа с индустриализацией, техническим рывком и многочисленными колониями (в первую очередь это касалось Британии и Франции, в меньшей мере - Бельгии). В связи с ослаблением Китая и Османской империи включила свои имперские амбиции Россия. И наконец, в колониальную гонку включилась Германия. Это на одной стороне. А на другой - США с изоляционистской политикой, с идеей чистой экономики (промышленность и торговля) и со своим пацифизмом. Короче, "Америка прежде всего". И только потом, под влиянием пропагандисткой компании, граждан США вывели из состояния пацифизма и изоляционизма для того, чтобы вербовать солдат для войны в Европе, уже в 1917 году. 

Но оказывается, ничего подобного! США ничем не отличались по азарту и по реальным политическим и военным шагам от держав Европы. США на полном ходу шли к тому, чтобы стать колониальной империей. Как мы знаем, колониальные империи - это не обязательно монархии. Венеция - пример республиканской империи. Равно как и Франция. Так вот, США аннексируют в 1898 году Филиппины, Пуэрто Рико, Гавайи, Кубу и Гуам. 

Вот что пишет по поводу приобретения Филиппин американский историк Роберт Римини: "По словам президента Маккинли, он не знал, что делать с Филиппинами, и молился о Божественном наставлении. "Я до полуночи расхаживал по Белому дому, - вспоминал он. - Опускался на колени и молил Господа просветить меня...". И среди ночи его озарило: "Отдать их обратно Испании мы не могли: это было бы трусливо и бесчестно. Мы также не могли предоставить их себе: они не были готовы к самоуправлению... Нам ничего не оставалось, как принять все острова, и просветить филиппинцев, и поднять, и цивилизовать их, и обратить в христианство, и с Божьей помощью сделать лучшее, что было в наших силах"".  Далее Роберт Римини так оценивает рассуждения американского президента: "Поднять, и цивилизовать, и даже обратить в христианство, несмотря на то, что большинство филиппинцев были католиками"! (Роберт Римини. Краткая история США. - М.: Колибри, 2020. - С.255-256). 

Потрясающее свидетельство. Во-первых, неумолимая логика: и отдать нельзя, и "дать им свободу" нельзя. Они, бедные, не могут сами собою управлять, нет у них государственного опыта. Значит не отпустим, будем с ними работать. Во-вторых, потрясающие знания истории и культуры: Маккинли видит в них не католиков (братьев-христиан), а язычников, которых необходимо обращать в веру. И, в-третьих, этот ранний наивный империализм оправдывается высокой цивилизаторской миссией (нести отсталым народам свет разума, веры и свободы). 

Во что обошлась филиппинцам эта цивилизаторская миссия, хорошо показано у Кристофера Кларка: разразилась колониальная война 1899-1902 годов, жертвами которой стали 500 000 или 750 000 филиппинцев. Сошлюсь на немецкое издание: Christopher Clark. Die Schlafwandler. Wie Europa in den Ersten Weltkrieg zog. - Berlin: Panteon, 2015. - S.208. 

Как раз в это время на Юге Африки бушевала англо-бурская война. В свете этих фактов конфликт Японии и США в 1941-45 годах видится по-другому. И многие события после 1945 года... 

Вот так...