Дневник философа. 31.08.22. Почему Джордан Питерсон проиграл дебаты Славою Жижеку?

Вы помните, с каким интересом все ждали дебатов Джордана Питерсона и Славоя Жижека? Ожидалось великое интеллектуальное Действо, россыпи неотразимых аргументов и вспышки остроумных импровизаций. Много раз в своих выступлениях Питерсон остроумно атаковал марксизм-постмодернизм (в его версии - какая-то разновидность постмодерного марксизма или неомарксисткого постмодернизма). Казалось, Жижек - самое яркое воплощение всех трендовых "измов" и персонификация всех современных патологий рациональности. 

Казалось, к этой великой битве Питерсон шел все последние годы. Это было похоже на увлекательную компьютерную игру. Все уровни пройдены, остался только последний уровень - и вот-вот засветится главный приз. Сразить в дебатах Жижека - это и было преодолением последнего уровня в интеллектуальной азартной игре, которую затеял (или в которой очутился волею судьбы) Джордан Питерсон. 

Но с самого начала этих сверх-ожидаемых дебатов что-то пошло не так. Все началось с блеклой лекции Питерсона о "Манифесте коммунистической партии" Маркса, а закончилось - полной неуверенностью и очевидными провалами Питерсона в философской перепалке. 

Почему так произошло? Конечно, не потому, что Питерсон, как азартный игрок, был одержим жаждой победы. Кстати, в последних интервью он признался, что желание всегда побеждать - это то, что он, после болезни, коренным образом переосмыслил. И, конечно, не потому, что Жижек предлагал какие-то железобетонные аргументы, раздолбавшие позицию Питерсона на мелкие части. 

Обиднее всего (для сторонников и поклонников Питерсона) было то, что Жижек в этих дебатах был обычным Жижеком. Он был (во второй части дебатов) даже еще меньшим Жижеком, чем обычно. Он вел себя в пол-Жижека, в треть-Жижека. И все равно смотрелся убедительнее. 

Почему? Что произошло? Можно отмахнуться с помощью простого объяснения: Жижек - эрудированный и оригинальный философ. А Питерсон - не философ. И, как оказалось, не очень эрудированный. И не очень оригинальный. 

Жижек спрашивает: вы определяете своего главного врага с помощью понятия "постмодерные неомарксисты" [даю по русскому переводу дебатов]. "Вся эта политкорректность, дух зависти... Но откуда у вас такие данные? У меня нет такой информации. Я прошу - назовите имена или что-то подобное (тут зал взрывается ликованием - А.Б.). При чем здесь марксисты? Я не знаю среди них ни одного марксиста. Назовите хоть одного марксиста в дискурсе политкорректности". "Скажите, что вы называете постмодерным неомарксизмом? Где там марксизм?" Далее Жижек милосердно уточняет: "Я не собираюсь сказать, что вы дурак и в этом не разбираетесь. Но вы же сами часто говорите: разберитесь и дайте имена. Поэтому я вас спрашиваю (наверняка вы уже разобрались): кто эти люди? Что за постмодернисты? Неомарксисты? Которые за равенство. Я вижу здесь просто бессильное морализаторство". 

Ответ Питерсона оказался несколько беспомощным. Он сослался на данные опросов (сколько интеллектуалов считают себя марксистами). Жижек не успокаивается: но можете назвать хоть кого-то!!? Питерсон: да, я вижу, что вы спрашиваете о связи между постмодернситами и неомарксистами. Я... И далее он начинает говорит об этой предполагаемой связи, но полностью игнорирует вопрос Жижека. 

По-сути получается, что он, Питерсон, на глазах аудитории постепенно превращается в того, кто как раз "дурак и в этом не разбирается". Питерсон явно сбит с толку, он "поплыл" как боксер на ринге после пропущенного удара. Он повторяет свои клише из различных интервью о риторике угнетения. Жижек: "я с вами совершенно согласен (снова взрыв ликования в зале - А.Б.), но это совершенно не марксистская идея". Питерсон явно смущен и делает последний шаг. Он называет имена - Фуко и Дерриды. Он называет их "радикальными марксистами". Питерсон говорит, что в 60-е годы радикальные марксисты, такие как Фуко и Деррида осознали, что их битва проиграна (когда Советский Союз и Китай показали свое тоталитарное лицо). Далее излагается, в общем-то, неплохая идея о том, как западные левые перенесли акцент с дискурса об угнетении пролетариата на дискурс об угнетении малых групп ("идентичностей"). Да, это хорошая стратегия. Питерсон говорит о парадоксальности гибридного сосуществования марксистского "мета-нарратива" и постмодернистской критикой мета-нарратива. 

Все было бы хорошо. Но Жижек удивлен: "мне странно слышать, что вы говорите о Фуко, к примеру". Ведь "объектом его критики был марксизм. Он никогда не хотел радикальных перемен". И пошел дальше. Это он еще о Деррида не сказал... 

Питерсон пытался выехать на заготовках и не смог подстроиться под искрометного собеседника. Он начал читать мораль хулигану (Жижек, ваша философия и ваше бунтарство опасно для молодежи!). 

Питерсону не хватило также иронического отношения к себе (хотя он и шутил, иногда удачно). 

Но, самое главное, Питерсон оказался напрочь лишен необходимой в таких дебатах философской искрометности и изобретательности. И, если угодно, необходимой доли парадоксальности. Его аргументы выглядели тяжеловесными, одномерными, бедными на ассоциации и источники. Что касается фактора источников, то дебаты выявили очень слабую философскую подготовку Питерсона. 

Вчера, читая свежее интервью Жижека философскому журналу Hohe Luft (5/2022, с.55-59) я еще яснее понял, почему Питерсон проиграл дебаты. Такого уровня жонглированиями понятиями, системами и именами не встретить ни у одного современного мыслителя.

С одной стороны, Жижек считает себя традиционным философом, "потому что верит в большие философские вопросы". Оказывается, философия для него, как и для раннего Хайдеггера (!!! - А.Б.) по своей форме является "трансцендентальной герменевтикой" (очень размытое понятие у Хайдеггера, на которое вообще небезопасно ссылаться - А.Б.). Расшифровка: это когда наш доступ к миру опосредован "определенным историческим смысловым горизонтом". 

Жижек находит конструктивистский постмодернистский подход "ужасно скучным" (а Питерсон-то как раз этот подход ему и предъявлял - А.Б.). Согласно этому подходу все представляет собой "дискурсивный эффект" (примером этого скучного подхода служит для Жижека Мишель Фуко - А.Б.). Например, вопрос о свободе воле, с точки зрения Фуко, может быть поставлен внутри определенного герменевтического горизонта, внутри определенного "дискурса" или (в терминологии Витгенштайна) - в контексте определённой языковой игры. Для Фуко истина - "специфическое свойство определенного вида дискурса". 

Но мы, говорит, Жижек, нуждаемся в "новой философской революции". Сегодня мы наблюдаем попытки создания "нового объективизма". Поэтому Жижек ищет "выход из тупика". "Моей целью является найти некую нулевую точку, в которой коллапсирует весь наш опыт, и в которой еще не существует ни субъективности, ни внешней реальности". Это немного напоминает момент начала Большого взрыва (моя аналогия, не Жижека) или хаос античной мифологии, из которого все происходит. 

"Поэтому (!!! - А.Б.) я как материалист прибегаю к теологии". Действительно, куда же материалисту без теологии! И, кстати, это предупреждение тем, кто возжелает дискутировать с Жижеком о существовании Бога. "Я знаю что Бог существует, но не делаю на него ставок" (это он "обращает" знаменитое пари Паскаля). "Я действую против Него и сознательно выбираю Ад". Ну, тут Жижек - апостол учения Ивана Карамазова! Небольшое заимствование из Достоевского, или скрытый намек на него. Дальше Жижек возвращается к метафоре нулевой точки, к онтологической дыре, из которой открывается реальность (как в дыре от носа Буратино за холстом виднеется какая-то чудесная дверь). Снова аналогия моя. И тут же жаждущий Ада Славой Жижек представляется мне Буратино, Мальвиной, Карбасом и котом Базилио одновременно. Это величественная фигура! 

"Благодаря этому, я, в некотором смысле, нарушаю здесь (опираясь на нулевую точку - А.Б.) законы природы (ведь до и в первый миг Великого Взрыва в жижиковском сознании еще нет законов природы!!! - А.Б.) и нормы, я соприкасаюсь с Бездной, из которой происходит сама действительность. Свобода для меня всегда является этим коротким замыканием". 

У вас еще не бежит мороз по коже? Вам не кажется, что Жижек присутствует при создании мира (хотя сразу и просит Ад вместо Рая)? Вас еще не замкнуло? 

И далее Жижек не был бы Жижеком, если бы сразу не применил свою онтологию дыры и бездны к современной политике. Кто хочет доказать, что свободен, никогда не будет свободен. "Свобода является безумным пари (eine verrückte Wette) - поступать так, как если бы мы были свободны. Посмотрите на войну в Украине. Большинство из нас просто ожидало, что украинцы будут быстро повержены (dass die Ukrainer schnell überrannt werden). Конечно, у нас было сочувствие, но мы думали, что Россия - это брутальная сила, которая разобьет Украину. А Украина безумным образом (auf verrückte Weise) себя защитила. Ее поведение в этом смысле было актом свободы - мы знали, что Россия сильнее, но мы поступали так, как будто возможно чудо". 

Как вам такой поворот? Не правда ли ярко? 

Но это еще не все. Далее Жижек говорит, что аутентичная философия возникает как раз во времена кризисов. Он говорит о нирване, споря с буддистами ("нирвана - это новое откровение реальности"). Провозглашает  Гегеля самым современным философом (ведь в основании реальности - непримиримые антиномии) и называет себя "христианским атеистом". 

 А теперь спросите себя: можно ли выиграть дебаты у такого человека? Наверное, в принципе, можно. Но тогда нужно перещеголять Жижека в жижекизмах и парадоксах. А эта задача, для Питерсона, оказалась не по плечу. 

Возможно, к счастью. А то, подозреваю, Питерсон никогда бы не вышел из Нирваны...