Со светлым праздником Рождества Христового!

Дорогие друзья, от всего сердца поздравляю вас со светлым праздником Рождества Христового!

Событие Рождества напоминает нам те первые минуты тишины, удивления и благоговения, в которые мир увидел своего Творца. На руках у Девы Марии, окутанного ночным воздухом Вифлеема, покрытого мерцанием звездного неба.

Мир смотрел на своего творца глазами пастухов и восточных магов, глазами ангелов и удивленных животных. Мир смотрел на Младенца глазами радостной Матери и таинственной Звезды.

Мир замер в ожидании и предощущении всего того, чему еще предстоит сбыться. Империи, революции, нации и народы, мишура новых идеологий и новых мифологий, - все это будет проноситься мимо как всадники Ирода, как тени старого мира.

Тени наполнят двухтысячелетнюю историю своим звоном и шумом, своей второсортностью и суетой.

Но именно в Вифлееме произошла радикальная и единственна Революция, перевернувшая ход истории и перенаправившая главные цели человечества.

Про это важно вспоминать в эти дни. Когда так важно отделить важное от второстепенного, подлинное от вторичного, истинное от ложного…

В эти дни так важно вспоминать, кто мы, откуда пришли и куда ведет нас Путь. Чтобы тени и призраки мира не сбили нас с дороги. Чтобы мир нас не поймал…

Дорогие друзья, обнимаю всех вас и желаю вам внутреннего света, духовной радости и непреложной надежды.

Христос родился!

Какие мысли о Рождестве кажется мне наиболее глубокими и проникновенными?

Вот некоторые из них:

Гилберт Кит Честертон «Вечный Человек»:

«Для любого агностика или атеиста, знавшего в детстве Рождество, хочет он того или нет, связаны на всю жизнь два понятия, которые для большей части человечества весьма далеки друг от друга: ребенок и неведомая сила. которая поддерживает звезды…

В пещере было положено начало тому, что придает христианству такую человечность…

В том-то и дело, что предание о Рождестве, в отличие от всех преданий, не обращает наши мысли и чувства к величию… Скорее можно сказать, что оно возникает изнутри, встает из тайников сознания; так трогают нас маленькие вещи или тихие добродетели бедных.

Мы находим забытую комнату в глубине нашего дома, открываем дверь - и видим свет; откапываем что-то в глубине сердца - и попадаем в край добра...».

Фрагмент из «Рождественской оратории» Баха:

Großer Herr, o starker König,
Liebster Heiland, o wie wenig
Achtest du der Erden Pracht!
Der die ganze Welt erhält,
Ihre Pracht und Zier erschaffen,
Muss in harten Krippen schlafen.

Мой русский перевод:

Великий Господь, о могущественный царь,

Возлюбленнейший Спаситель, о как ничтожно

Для Тебя земное величие!

Тот, кто управляет всем миром,

Кто сотворил мирское великолепие и красоту,

Почивает в жестких [и убогих] яслях.

Борис Пастернак «Доктор Живаго». Часть четвертая, глава 12 [Живаго и Гордон встречаются на фронте Первой мировой, в Галиции]

[Живаго] «Я еще понимаю, чем были народы при Цезаре, галлы там какие-нибудь, или свевы, или иллирийцы. Но ведь с тех пор это только выдумка, существующая для того, чтобы о ней произносили речи цари, и деятели, и короли: народ, мой народ».

[Гордон обращается к Живаго] «Что такое народ? - спрашиваешь ты. Надо ли нянчиться с ним и не больше ли делает для него тот, кто, не думая о нем, самою красотой и торжеством своих дел увлекает его за собой во всенародность и, прославив, увековечивает? Ну конечно, конечно. Да и о каких народах может быть речь в христианское время? Ведь это не просто народы, а обращенные, претворенные народы, и все дело именно в превращении, а не в верности старым основаниям…

Вот ты говорил, факт бессмысленен, если в него не внести смысла. Христианство, мистерия личности и есть именно то самое, что надо внести в факт, чтобы он приобрел значение для человека».

Борис Пастернак «Рождественская звезда» (1947). [Фрагменты]:

Стояла зима.
Дул ветер из степи.
И холодно было младенцу в вертепе
На склоне холма.

Его согревало дыханье вола.
Домашние звери
Стояли в пещере,
Над яслями теплая дымка плыла…

И странным виденьем грядущей поры
Вставало вдали все пришедшее после.
Все мысли веков, все мечты, все миры,
Все будущее галерей и музеев,
Все шалости фей, все дела чародеев,
Все елки на свете, все сны детворы.

Он спал, весь сияющий, в яслях из дуба,
Как месяца луч в углубленье дупла.
Ему заменяли овчинную шубу
Ослиные губы и ноздри вола.

Стояли в тени, словно в сумраке хлева,
Шептались, едва подбирая слова.
Вдруг кто-то в потемках, немного налево
От яслей рукой отодвинул волхва,
И тот оглянулся: с порога на деву,
Как гостья, смотрела звезда Рождества.

А это моя лекция о Рождестве Христовом как главном культурном коде Европы: https://youtu.be/SrfYxLfMUTU?si=QLTASc1NkM1JMJRU