Дневник философа. 31.10.2024. Павианы, Трамп и мистический натурализм Роберта Сапольского

Великий и ужасный Роберт Сапольский дал большое интервью газете die Zeit (№46, 30.10.2024, с.9). Если внимательно читать это интервью, то возникает резонный вопрос: Сапольский занимается наукой или какой-то особой сферой деятельности? Такого недоверия к разуму, рациональности и рациональным аргументам трудно себе представить в среде даже самых отъявленных фидеистов. Занятие наукой предполагает некоторое доверие к рациональности. Помните, перед дебатами архиепископа Роуэна Уильямса и биолога Ричарда Докинза модератор (профессор философии сэр Энтони Кенни) начала с того, что мы верим в три вещи, без которых дебаты невозможны: мы верим в науку, разум и истину?     

         Но дадим слово Сапольскому. «Просвещение сильно переоценило рациональность». В подтверждение этого тезиса он приводит уже сильно состарившийся аргумент о том, что наша лимбическая система, ответственная за эмоции, принимает решения на миллисекунды раньше, чем мы это осознаем.

         Эксперимент Либета (1983) регулярно воскрешается натуралистами для того, чтобы обосновать иллюзорность принятия осознанных решений. Игнорируется тот факт, что сам Либет не считал, что его эксперимент доказывает отсутствие в нас свободы воли или вторичности рациональных (осознанных решений).

         Далее следует еще один «довод»: о тонком слое рациональности среди американцев. 40% американцев верят в НЛО, 55% американцев верят в существование дьявола.

Но, положа руку на сердце, трудно увязать этот довод с гипер-критическим отношением к рациональности. Разве вера в существование дьявола не согласуется с рациональными аргументами и с разумом? Тогда мы должны отказать в разумности большинству философов и ученых последних двух тысяч лет. Конечно, не все рационалисты верят в дьявола. Но вера в дьявола никак не противоречит рационализму.

Мой первый вопрос Сапольскому: где аргументы о несовместимости веры в дьявола и рациональности?

Мой второй вопрос Сапольскому: если мы переоцениваем роль разума и рациональности, то чем плоха вера в дьявола наряду с другими верованиями? Например, по сравнению с верованием, что наше Я – это иллюзия?  

В своей новой книге «Власть и сочувствие» Сапольский утверждает, что «путь в ад вымощен претензиями на рационализирование». Рационализирование снимает с нас груз моральной ответственности.

Мой вопрос Сапольскому: неужели лучше отключать рациональность при принятии решений? Или подразумевается включение критического мышления? Надеюсь, последнее.

Журналист спрашивает Сапольского: так наша либеральная демократия основывается на ложных предпосылках, что человек рационален? Мы должны теперь их переосмыслить?   

Ответ уклончив: скорее, мы должны связывать с рациональностью меньше ожиданий. «Попытка переубедить людей с помощью рациональных аргументов и фактов часто терпит неудачу». С этим трудно спорить. Но какие выводы из этого следуют?

Мой вопрос к Сапольскому: означает ли его ответ тот факт, что социальную, политическую и экономическую сферы мы должны выстраивать на других основаниях?

Почему тогда мы вообще должны доверять Сапольскому? Ведь он использует рациональные аргументы и факты. Почему вообще мы должны полагаться скорее на науку, а не на необоснованные верования и мнения?

Но затем в интервью происходит резкий поворот к политике. И здесь Сапольский предстает во всей своей красе. Сторонники Трампа («как правило») описываются им как одержимые ненавистью, как нетолерантные и неспособные на эмпатию. «Трамп овладел искусством запугивания и агрессии». Ключом к поведению Трампа может быть изучение поведения павианов (их Сапольский когда-то исследовал).

После такого тонкого сравнения Сапольский говорит об эмоциях страха и ненависти. «Сегодня от нарушений, связанных со страхом, страдает больше людей, чем 15 лет назад».

И, конечно, как же без рассуждений о свободе воли? Сапольский уже не так резко отрицает свободу воли: «Свобода воли существует не таким образом, каким мы в нее верим. Мы сформированы нашей биологией».

Обратите внимание, что грамматически речь как бы идет о существовании некоего подобия свободы воли. Но одновременно утверждается тезис о биологическом основании свободы воли. Тогда есть ли смысл вообще употреблять выражение «свобода воли»?

Вопрос журналиста: если свобода воли так ограничена, какой смысл стараться сделать мир лучше?

Ответ Сапольского: «Вопреки нашей биологической природе мы можем изменяться благодаря обстоятельствам и опыту. Мы можем понимать эти процессы изменения даже (sic! – А.Б.) интеллектуальным образом и их (эти процессы) усиливать».

Но ведь этот тезис совершенно не согласуется с тезисами Сапольского, сформулированными в его последних книгах. Так значит, не только биология все «решает», но еще и среда, опыт! А если мы говорим о культурной или интеллектуальной среде? Ведь тогда мы говорим о чем-то небиологическом? Как же тогда «остров поломанных игрушек»? Или среда тоже продукт биологии? Совсем недавно Сапольский уверял, что мораль имеет биологические основания. А теперь биология – это не «наше все»?  

А если опыт религиозный? А если человек сознательно работает над своим мировоззрением?

Странные вещи говорит великий и ужасный Сапольский. Так можно дойти до очень опасных идей.

Но почитаем лучше его новую книгу. Может там есть ответы на наши вопросы…