MikhailSkr

Ремус РиксКот. Глава 71: Заварушка в Мунго.

Added 2025-06-15 16:40:44 +0000 UTC

РиксКот_Глава_71__Заварушка_в_Мунго..docx

РиксКот_Глава_71__Заварушка_в_Мунго..fb2

— Благодать...

Замаранным по макушку, без единого квадратного сантиметра кожи незаляпанного ихором дракона, я раскинув конечности лежал поверх высоченного искусственного холма состоящего из сваленного в кучу и без разбору ливера доисторического хтоника. Рядышком же возвышалась не менее внушительная цистерна заполненная кровью, а позади неё обосновалась столь же громоздкая груда костей. Скажем так, обстановка не для слабонервных. Запах железа, но не того, который в кузне окалиной перегретого металла обжигает обоняние, а тот, что присущ скотобойне. А ведь помимо специфического амбре в пещере, в энергетическом срезе восприятия витали остаточные следы проклятья Морганы. Бывшее сосредоточения погани до сих пор оказывала на сенсорный эхолот неизгладимое впечатление, выдавая эмпатическое эхо страданий.

Объективно, для всех, кто изрядно эмоциональный, склонен к чувственной нестабильности да с тонкой душевной организацией представшая на обозрение сцена была до обморочного неумолимой и, наверное, лишь в худших кошмарах могущая привидится обывателю. Однако и вопреки, казалось бы, неподходящим для радостных настроений декорациям мрачное подземелье озаряла моя самодовольная и счастливая лыба, ибо блестяще завершенная миссия и проделанный труд обещали семье целый ворох ништяков. Одиннадцать часов беззастенчивого щеголяния нагишом проведённых за работой мясником обогатили семью ингредиентами высочайшего качества! Навскидку, даже без предварительной обработки употребление вяленной плоти хтоника в сыром виде даст существенный и положительный прирост к вороху значимых характеристик. Прибавка к стойкости иммунной системы, клеточной энергоёмкости, сродству с аспектами пламени и гравитации, впридачу с упрочнением кожного покрова вместе со скелетом вне всяких сомнений весьма полезные эволюции. Но это речь до примитивного вульгарном способе использования трофеев. Уверен, что дав время Лили и позволив жёнушке развернуться на поприще экспериментальных инноваций, то по итогу мы на выходе получим рецепты эпических эликсиров с более выдающимися эффектами.

— “Довольна?“ – Осведомился у раздувшегося словно воздушный шарик млеющего фамильяра.

— "Дааа..." – Лениво прошипела Ровена.

Бездельничать, конечно, приятно. Затягивает. Но впадать в беззаботность, пусть даже на краткий миг, при текущем раскладе и в глобальном, стратегическом рассмотрении – это дорога в пропасть. Когда со всех направлений навалились строящие козни подлецы расслабляться никак нельзя. Вот разберусь с архимагом, наведу порядок в соответствии с собственным разумением, установив в Англии приемлемый строй, где я из-за кулис верховожу значимыми процессами и задаю политический курс, стреножив правящую элиту, тогда и можно будет немного расслабиться. Но до тех пор пока этого не случилось позволить себе бить баклуши не мог. Тем более сейчас. В период разброда масс и панических настроений. Надо поторапливаться и срочно появиться в обществе, дабы громко заявить о своей победе.

Народ должен из первых уст, то бишь от непосредственного и главного участника событий узнать кому он обязан жизнью и своим выздоровлением. Короче говоря пришёл черед снять репутационные сливки. И лучше с этим не затягивать, ведь нужен грамотный вброс без шансов к иносказательным склонениям двойного толкования, чтобы весть о моём героическом подвиге дошла до каждого обывателя и была подана в правильном ключе.

— "Я ухожу. Но ты тоже не задерживайся."

За сохранность Ёрмунганда переживать не приходилось. Змея отнюдь не безобидный противник и вполне способный самостоятельно о себе позаботиться. С её-то мощью и полноценному архимагу специализирующемуся на боевых дисциплинах не сладко придётся. Само собой, оценка сугубо умозрительная и построенная на теоретических доводах, так как на практике ещё не проверенная. Но даже при ошибочности сложившегося мнения, если Ровене не повезёт столкнуться с превосходящей опасностью, побороть которую она будет не в силах, то всегда есть возможность ретироваться, отступив в домен РиксКот. Будучи ни в чём не уступающей мне в обращении с аспектом пространства да при тесной, неразрывной коммуникации с Иггдрасилем она способна сбежать от кого угодно.

Моё же беспокойство вызвана иной причиной. Существовал риск, что сюда нагрянет Альбус. И мне совершенно не хотелось давать оппонентам пищу к размышлению. Явись сюда с разведкой директор и обнаружь в склепе вместо ожидаемого трупа другую легендарную тварь, ему не составит труда прийти к логичному и неудобному для меня умозаключению. Раскрывать же кому бы то на стороне тайну наличия у себя в союзниках мифического чудовища было не с руки. Козырь, на то и козырь, что до определённого времени о нём никому неизвестно.

— «Хорошо»

И тут же, не расходясь со сказанным, подруга выполнила обещанное.

Мерцающая рябь, едва заметное в оптическом спектре искажение и фамильяр исчезает, оставляя меня в пещере одного. Раздутый от пережора шнурок переместился обратно к древу, где его точно больше никто не будет дёргать по пустякам и отвлекать от важного – переваривания вкусняшки. Добычу поделил по «справедливости». Ровно пополам. Мог бы, конечно, и больше себе оставить. Но и того, что выделил на нужды рода хватит надолго. В конце концов, около тысячи двухсот тонн оттяпал! Куда уж больше?

Окинув взглядом груз, под протяжный, грустный вздох спрыгиваю с холма и принимаюсь за транспортировку ценностей.

Заглянув в память, попутно дистанционно обратившись к алтарю, в раздел системы складского учёта, нахожу в маноре пустое помещение подходящих размеров и с надлежащим зачарованием. Определившись с пунктом доставки берусь за трансфер. К сожалению, разом и сообща весь груз не перебросить. Слишком его много. Поэтому пришлось разбить операцию на несколько этапов. Вначале цистерну с кровью переместил, затем кости, следом мясо и в довершении ливер. С последним было больше всего возни. В целях упрощения предстоящим вскорости Лили заботам, раскидал органы по отдельным боксам, соответствующим образом подписав каждый. Таким макаром избавил супругу от необходимости проводить предварительный идентификационный анализ субпродукта. Анатомическая строение внутренностей истинного дракона было замысловатым и по внешнему виду не искушённой «инвентаризационной комиссии» вряд ли сходу удастся установить предназначение и функцию потрохов. Мне же, как непосредственному тому, кто занимался разделкой, сделать это было гораздо проще.

Покончив с транспортировкой добычи, потратив на всё про всё полтора часа, принимаюсь приводить себя в пристойный вид. Пущенные в ход многозадачные чары очистки устранили грязь и дополнительно сдули с ауры следы недавних испытаний. Явственное клеймо накладываемое мирозданием за эпическое деяние, как например убийством божественной сущности, без предварительной обработки и сознательных манипуляций застряло бы в энергетике на очень продолжительный срок. И с одной стороны ничего худого в этом нет. Всем сведущим за вселенские законы сразу же станет видно, что я не приписываю себе чужого да лишнего. Оттого заявление об уничтожение главного источника проблем сомнениям подлежать не будет. Однако вместе со свидетельством совершённого клеймо накладывало некоторые издержки, разумеется уже не благостные. С таким сверкающим и заметным издалека «орденом» все чуткие к энергетическим эманация сущности начнут меня сторониться и старательно избегать, остерегаясь встречи с разумным, что прихлопнул местечкового небожителя. И в принципе подобное не особо огорчало. В планах и на повестке завязывание каких бы то новых знакомств с потусторонними тварями у меня не стояло. Пул компаньонов давно укомплектован и свиту собрал с соблюдением очевидных потребностей с перехлёстом. Круг первостепенных доминантных стихий в актуальной реальности был мною замкнут, оттого расширять его нужды не видел. Но, опять же, загадывать, как всё обернётся в будущем, было бы опрометчиво. В жизни всякое случается и что-либо пророчить, так то дело полностью напрасное и неблагодарное. В общем, опыт подсказывал не рубить на корню. Поэтому принято такое решение. Обойдусь без мистических опознавательных знаков подтверждающих подвиг. Зато останется простор для беспрепятственного контактирования со сверхъестественным. Оставь же я клеймо при себе, то даже с домовыми эльфами стало бы затруднительно коммуницировать. Те бы подспудно меня страшились.

К слову, в инциденте произошедшем минувшей зимой, когда расправился с Архонтом, от упомянутой и обсуждаемо награды мне удалось отвертеться благодаря удачному стечению обстоятельств и особенностям сложившихся условий. Закинув тварь в измерение стихии Света, своевременным обрывом транспортного коридора я не предоставил актуальной реальности возможности подтвердить смерть оного. Отсюда отсутствие клейма богоубийцы.

Оглядев пристальным взором проекцию своих духовных оболочек и не обнаружив не предусмотренных природой посторонних включений следом призывая из инвентаря чистый комплект одежды впридачу с прочей статусной «бижутерией».

Трусы-боксёрки, прибравшие и прикрывшие свободно болтавшийся срам, белая шёлковая сорочка, приталенный по фигуре классический костюм чёрного цвета, сверху тёмно-бордовая гильдийская мантия с родовым гербом во всю спину (морда смилодона в анфас с оскаленной пастью), на шее цепь с гривной магистра боя, а на безымянном пальце правой руки кольцо главы рода.

Своим высоким достатком и богатством никогда не кичился, но сегодня особый случай. Вновь появилась необходимость выйти из-за кулис и предстать перед публикой во всём великолепии. А тут без броского, согласно регламенту говорящему наряду и сопутствующих элементов никак не обойтись. Чтоб ассоциативная цепочка сложилась (Ремус–РиксКот–Магистр–Герой–Спаситель), люди должны видеть все мои регалии.

Натянув на рожу личину брутальной суровости делаю шаг в аномалию, свернувшую в бублик метрику пространства, пронзаю расстояние и выхожу в кабинете Гиппократ.

Стрелки на часах несколькими минутами ранее перевалили за полдень, но главному целителю до этого было не досуг. Мужик снимал стресс, причём радикальным способом и ухнув в крайность – чрезмерным возлиянием. Хлестал горячительное прямо из горла. Бессонная ночка далась кудеснику тяжело и то, что он сейчас под хмельком вполне простительно. Рабочий стол, где недавно высокими стопками громоздились анамнезы, истории болезни и прочая медицинская литература, теперь был заставлен тарелками с непритязательной жратвой. Отварное и жаренное мясо, свежие овощи, зелень, хлеб. Без изысков, предельно просто, но всего вдоволь и самое то к спирту, который тут распивали.

Н-да... Видимо это всеобщая напасть. В какой бы части земного шарика не велась медицинская служба, а слабость у персонала к употреблению дезинфицирующей жидкости на всех общая.

Кстати, к импровизированному застолью в неположенном месте прилагалась компания хорошо знакомых персонажей среди которых затесался отец.

Джеймс Аббот, Рональд Пруэтт, Лайелл РиксКот не бросили товарища в нелёгком деле по борьбе с антисептиком. Странно, конечно, что они вообще до такого докатились. Уж стеснения в деньгах ни у кого из присутствующих не было. Могли себе позволить качественный алкоголь брендовых и дорогостоящих марок.

— Ооо... Ик... Эт ж... Кхе... Наш герой объявился...

Промычал окосевший от выпитого, явно перебравший лишку Рональд. Отец Молли и шебутных близнецов попробовал встать, но потерпел позорное поражение. Не справившись с опьянением и гравитацией свалился из кресла и рухнул на пол, прямо ко мне под ноги.

Батя от товарища тоже ушёл недалеко и его потуги закончились со схожим результатом.

— Сынок...

Кое-как вымолвив заплетающимся языком Лайелл рискнул занять горизонтальное положение, но подвели переплетающиеся ноги и потерянное чувство равновесия. С громким стуком он рухнул, приложившись лицом о паркет.

— Сиди!

Призывая к гласу разума хотевшего было подняться Гиппократ. Благо целитель прислушался к доброму совету и не стал не покидать насиженного места, оставшись там же, где находился и не предпринимая попыток оторваться от сидушки. Джеймс же пребывал в глубокой отключке и проблем не создавал. Лежал тихонечко, уложив голову в скрещенные перед собой на столешнице руки.

Вернув телекинезом в хламину пьяных персонажей обратно в кресла, обращаюсь к самому адекватному.

— Как это вас угораздило так нажраться?

Вопрос по большей части относился к родителю. Его собутыльники обычные волшебники, но он-то чистокровный фэйри. А наш ускоренный метаболизм не так-то легко сломить. Тут простым алкоголем точно не обойтись. Нужно что-то посерьёзнее. Магическое и забористое. И не из списка заурядного.

— Хех... Секретная добавка! На, сам пригуби...

И мне протягивают стакан, в который только что плеснули сотку спирта и ещё что-то из склянки капнули. Судя по всему, для пущего и того самого фирменного эффекта. Острое обоняние уловило специфический флёр тянущийся из пузырька. Пикантная приправа явно фракция из какого-то исходника природного происхождения. Маслянистая, тягучая и до обработки входящая в состав сложной формулы многокомпонентного яда. Но не искусственного. Чистая органика, где каждое вещество имело общий корень.

Делая глоток, катаю жидкость по языку, а вкусовые рецепторы и прочие датчики тем временем снимали показатели, что незамедлительно вносились в таблицу и подвергались аналитической обработке.

— Яд волшебного скорпиона? – Не догадка, а уверенная констатация факта. – Хм... Нет, не волшебного. Точнее не только магического. Спектральный анализ со стопроцентной достоверностью утверждает, что генезис базируется на астральной конфигурации. Остальное вторично.

Мысли с сухой лаконичностью льются вслух, глаза закрыты, но это не мешало отслеживать реакцию Гиппократа. От удивления он даже протрезвел.

— Верно. Это тот исключительный ресурс, доступ к которому есть только у Сметвиков. Обработанный по особой методики яд хранителя рода даёт оригинальный экстракт. В чистом, неразбавленном виде, – целитель потряс закупоренным флаконом, – он служит обезболивающим, способным избавить пациента от любых мук. Но если его разбавить со спиртом и дать испытуемому, то у разумного слетают ментальные ограничители. Волшебник перестаёт следить за языком и контролировать сказанное. Становиться словоохотливым и правды не утаивает. Вещает всё что на уме.

Прикольно и весьма показательно. Демонстрирует величину доверия и отсутствие опаски у компании быть абсолютно откровенными меж собой. И я убеждён, что каждый из закадычных друзей был прекрасно осведомлён об особенностях того, что им предлагал Сметвик. Бьюсь об заклад они не в первой балуются подобным способом поговорить по душам.

— И по какому поводу сабантуй?

Вряд ли мужики накидались из-за завершившейся эпидемии. Не та причина, которая может сподвигнуть друзей к пьянке со столь развязным бухлом. Тут явно какая-то другая причина сокрыта.

— Секунду... – Целитель, вытащив из-за пазухи мантии фляжку, сделал смачный глоток. – Антидот.

На мой вопросительный взгляд дал пояснение здоровяк.

— А теперь пошли в подсобку. Кратко о произошедшем не рассказать. Надолго повествование затянется. Проще в омуте показать. Кстати, ты бы тоже поделился своими приключениям. Почему-то уверен, что твой променад, где бы он не проходил, сопровождался эпическими событиями.

И уже тише, буквально шёпотом.

— Уму непостижимо. То, с чем целители не смогли справиться на протяжении тысячелетия ты разобрался за сутки...

Глава Мунго испытывал смешанные чувства. С одной стороны был горд тем, что сын его друга совершил деяние, которое в обязательном порядке войдёт в анналы истории. С другой же, сокрушался и переживал экзистенциальный кризис. Был порядком смущён и обескуражен. Согласитесь, стыдно признаваться самому себе в несостоятельность заслуженных деятелей науки прошлого, кем ты не прекращал восхищаться и кто также пытался совладать с драконьей оспой, но потерпел неудачу. А ведь среди этих уважаемых волшебников такие имена как Абу Али Хусейн ибн Абдуллах ибн аль-Хасан ибн Али ибн Сина, он же Авиценна, Неджбеддин ас-Самарканди, Парацельс, Фламель и ещё с десяток не менее претенциозных деятелей магического искусства внёсших огромный вклад в медицину.

Попав в скромную клетушку Гиппократ принялся за дело.

— Вот, ознакомься.

Вытянув палочкой из виска серебристую нить воспоминаний и поместив оную в каменную чаша водружённую на постаменте сделал предложение Сметвик.

— Погоди. – Не став откладывать неизбежное призвал из инвентаря артефакт схожего с омутом памяти назначения. Функционал точно такой же, но способ изготовления иной и пользовательский опционал более широкий. Моё устройство может транслировать картинку со звуком огромной аудитории. До сотни параллельных и персональных, не пересекающихся ментальных двусторонних каналов. К тому же он в состоянии посредством голографической проекции воспроизводить файлы.

Повторив действия целителя, сливаю в куб отредактированную версию своей победоносной эпопеи. Хронология сохранил, но кое-какие эпизоды из неё убрал. Те, что с Альбусом связаны, трупом дракона, а ещё из ленты событий исключил момент с призывом Древнейшего духа Магмы. Свёл всё к борьбе с астральной хтонью, сделав ту единоличным и главным виновником замятни с эпидемией, а себя единственным борцом со злом. Кроме того, если исходить из представленного мною на обозрение, вся заслуга в уничтожении источника распространения инфекции принадлежит только мне. После встречи на перроне вокзала с числящимся во врагах архимагом слегка пересмотрел и откорректировал свой статусный ранжир. В конце концов, если уж он трясётся, страшась вздохнуть в моём присутствии, то значит я уже достаточно неплохо окреп и чего-то да стою. Ведь иначе бы Хранитель Запада не повёл себя таким образом. Не фонил бы на всю округу первобытным страхом. Поэтому не видел причин скромничать и чего-либо стесняется на ниве медийной пиар акции. Наоборот, собираюсь без зазрения совести себя в более выгодном свете выставлять, приписывая «чужие» свершения. Впрочем и лжи в том, формально, никакой нет. Всё же не абы кого решил «ограбить» на заслуги – компаньона из свиты духов, а древнейшему до человеческих заморочек нет никакого дела.

Возвращаясь к реальности и происходящему в подсобке, то показав Сметвику как пользоваться модифицированным омутом и убедившись, что он приступил к просмотру воспоминаний, сам окунул голову в чашу допотопного артефакта.

«Вот же суки недорезанные!»

С имеющейся ментальной мощью и скоростью прохождения электрического сигнала по синапсам полуторачасовой информационный блок прогнал через сознание всего за шесть минут и то, что я там увидел, привело меня в тихую ярость.

Оказывается не только у меня ночь интересной выдалась. Выяснилось следующие. Примерно в полночь на Мунго было совершено нападение неизвестными. Событие беспрецедентное и немыслимое. Четыре отряда общим числом в двенадцать волшебников со скрытыми за серебряными масками лицами и в черных мантиях, воспользовавшись загодя кем-то проделанными брешами в антиаппарационном щите, ворвались в больницу. Сволочи действовали нахраписто и дерзко. На попытки же себя задержать били на поражение, не брезгуя применять тёмную магию и не чураясь использовать боевые артефакты. Встречаемые на пути заградительные барьеры осадных систем сносили либо волшебными бомбами, экономя личные резервы, или же кровной магией, пуская под нож пациентов госпиталя, коих в коридорах в бессознательном состоянии имелось в изобилии.

Точки проникновения злоумышленников в здание располагались на третьем этаже. По две на каждое крыло, откуда лежала прямая дорога к кабинету Сметвика. Слабенький же заслон, который попытались организовать дежурившие в медучреждение авроры, проломили играючи. Однако дальше наглый и напористый штурм застопорился. Бывалый и опытный Гиппократ панику не разводил. Не растерялся и поступил согласно инструкции. Активировав фамильный артефакт стационарного щита и заперевшись в офисе, сперва по тревожной линии связи отправил призыв о помощи мракоборцам, а затем бросил клич союзникам.

Первыми на выручку в кавалерийском наскоке подоспели отец вместе Рональдом Пруэттом и с небольшим опозданием, с задержкой буквально в полминуты, подтянулся Джеймс Аббот.

Будучи в близких товарищеских взаимоотношениях с Гиппократом, едва ли не в братских, у «кавалергардов» при себе имелись многоразовые порт-ключи телепортирующии прямиком в кабинет главного целителя. Поэтому каких бы то сложностей с оперативным прибытием по месту назначения у решительно настроенных волшебников не возникло. Ну а дальше всё складывалось как в лучших голливудских боевиках. Команда головорезов, состоящая из проверенных и верных друзей повидавших в жизни всякое, устроила нападавшим очень теплый приём, обеспечив мразям скорую встречу с костлявой. Слаженными действиями вдарили по противнику так, что первой же атакой ополовинили ублюдков.

Аббот, промаркировав соратников, тем самым выдав отряду метку невосприимчивости, выплеснул в коридор с противниками непроницаемый туман, таким образом ослепив оппонентов. В унисон с Джеймсом действовал друид Пруэтт. Рональд оживил деревянный пол, повязав ноги супостатов терновым лозами. И в довершение пьесы по избиению злыдней стал финальный аккорд в исполнении Лайелла. Батя, ввиду фоморов в пассажирах на постоянке, приобрёл родство с Хаосом. Вот одним из проклятий на его основе он по вражине и влупил. До всех не дотянулся. Всего шестерым от щедрот перепало. Но зато досыта. Мистерия, проигнорировав защиту, раздробила скелеты жертв на сотню тысяч осколков.

Оставшиеся недобитки, осознав, что дело запахло жаренным, активировав пробойники попробовали сбежать, но сделать им этого не удалось. Сметвик держал поле боя под заклинанием стабилизации пространственной матрицы. Задачу-то себе оборонявшиеся поставили однозначную. Не просто отбиться от сил вторжения, а взять кого-нибудь в плен. Произвести захват хотя бы одного ублюдка, дабы в дальнейшем выйти на заказчика. Но провернуть затеянное, увы, не вышло. Стоило эвакуации потерпеть крах, как сработали артефакты зачистки. Серебряные маски на лицах у противника вспыхнули мощным пламенем и довеском сработали аннигиляторы органики, обратив тела преступников в ничто. Таинственный организатор нападения, снабдив миньонов дезинтеграторами, позаботился о заметании следов.

Итак, что мы имеем?

С целью напавших всё ясно. Тут и дураку понятно: хотели выкрасть зелье Лили.

Сметвик при распределении лекарства руководствовался моей установкой. Вначале лечим своих, из фракции нейтралов, потом пролетариев и по остаточному принципу всех прочих. Разумеется, что подобный подход вызвал возмущение у радикалов и сподвижников директора.

Альбус или Том?

Вроде бы всё указывает на Реддла. Похожий почерк. Однако с выводами не спешил. До сегодняшнего дня консерваторы экстремизмом не промышляли. И пусть в оригинальной канве истории Пожиратели действовали аналогичными методами, я не исключал возможности подставы. Дамблдор ещё тот прохиндей. Но, опять же, сомнительно, что это по наводке и прямым руководством Дамблдора случилось. После вчерашней взбучки и помятой рожи он должен подрастерять борзость.