Контейнер шумно приземлился посреди грузового уровня, после чего я спрыгнул рядом и, сняв с плеча автомат, пошел в сторону поверженного тирана. Я заметил его еще на подъезде, в куче металлических и деревянных обломков стеллажа, который он смял своим телом, когда упал. И он все еще был жив, рухнув, на вскидку, метров с пятнадцати-двадцати на бетонный пол. Ничего не скажешь, Амбрелла хорошо постаралась, выращивая себе вундервафлю на все случаи жизни, живучую, мощную, и до скрежета в зубах целеустремленную тварь, что будет идти за тобой в самое пекло, через тернии, мать его, к звездам, только для того, чтобы раздавить твой череп, как спелый арбуз. К счастью, эта сволочь все же не была неуязвимой, что и демонстрировала сейчас всем своим видом, силясь подняться на сломанных ногах, скребя по полу вывернутой под неестественным углом правой рукой, в то время как левая вообще не двигалась, пробитая в плече толстой стальной пластиной, обломанной у верхнего края.
На мое счастье, управляющий чип в башке тирана не был задет и тот не начал мутировать в свою дикую форму, но даже так, стоило мне появиться в его поле зрения, особенно сильно дернулся в мою сторону, вытянув вперед сломанную конечность.
Как робот, до последнего пытающийся выполнить поставленную задачу. Таким он, в сути своей, и является, просто машина, созданная только лишь для убийства и ничего более. Не знаю, есть ли в его голове хоть какие-то остатки человеческого сознания, эмоций, осознает ли он вообще, чем стал. Скорее нет, чем да, но такое существование, так или иначе, вести нельзя.
И я помогу ему обрести покой.
Приблизившись вплотную, нажатием пальца досылаю патрон в патронник и направляю дуло винтовки прямиком в раскрытую в беззвучном крике пасть тирана. Короткая очередь, звук которой эхом отражается от стен помещения вокруг, возвращаясь в уши неприятным отзвуком и несколько пуль ложатся точно в цель, разрывая мягкие ткани глотки монстра и превращая содержимое его черепа в кашу.
Как я и думал, снаружи крепкий, внутри мягкий. Просто цундере какой-то, чтоб его черти в аду отжарили.
Получив свинцовое угощение на завтрак, тиран в последний раз мотнул головой, уронив ее на обломки стеллажа, да и затих. И только бурая кровь вытекала на пол из полученных ран.
А мне же тут делать больше нечего, а потому, удовлетворенно хмыкнув, я повесил автомат обратно на плечо и пошагал обратно к контейнеру. Придется немного поработать руками и подняться по цепи наверх самостоятельно. Можно было бы и поискать пульт управления подъемником тут, внизу, он, по идее, должен быть, но заниматься этим откровенно не хочется, я и так потратил на возню с мутантом-переростком непозволительно много времени. Прямо сейчас одна элегантная дама в красном платье (до сих пор не пойму, какого хрена она приперлась сюда в нем, настолько любит красный цвет, что ли?) уже почти наверняка близка к месту, где хранится последний образец G-вируса. У меня все еще есть шанс перехватить ее и я не собираюсь его упускать.
***
Возвращение на первоначальный маршрут прошло штатно. Никаких сюрпризов по пути больше не было и я быстро добрался до перехода в лабораторию, где должен находиться G-вирус. Запоздало пришла в голову пришла мысль, что Клэр и Шерри наверняка обзавелись парочкой седых волос на головушках, ведь у них была возможность увидеть мое столкновение с тираном по уцелевшим камерам. Ну… надеюсь, что они успокоились, увидев, что я справился и жаль, что я не могу с ними связаться напрямую, так как рации у Аннет в запасе, к сожалению, не нашлось.
Оттуда, где я находился, до нужного место было недалеко и уже через несколько минут я вошел на территорию лаборатории Р-12А, именно здесь доктор Уильям Биркин работал над своим детищем и здесь же не так давно был застрелен, после чего превратился в сверхопасную хренотень, устроившую форменную резню.
И с первой минуты нахождения тут я начал чувствовать опасность. Это было не только из-за запаха мутировавшей формы ученого, что буквально пропитал местные стены, но и из-за того, что предчувствие настойчиво говорило мне развернуться и топать отсюда куда подальше. За последний день я успел научиться безоговорочно доверять своей новенькой чуйке и в другой ситуации непременно последовал бы зову природы, но здесь и сейчас совершенно другой случай. Слишком многое стоит на кону, да и я сам довольно крепкий парень, многое смогу пережить, так что вместо того, чтобы пойти на поводу и инстинктов, лишь начал внимательнее следить за окружением и продолжил движение вперед.
Первый звоночек прозвучал, когда гермодверь в центральную часть лаборатории, туда, где задержится образец, оказалась открытой. Это могло говорить только о том, что одна шпионка уже прошла здесь и вот-вот доберется до цели раньше меня, о чем сообщил и знакомый запах, который я запомнил еще с нашей встречи на парковке. Гоняться за ней мне бы не хотелось, а потому, я прибавил шагу, тем не менее, не начав ломиться сломя голову, чтобы не попасть в неприятности из-за спешки.
И я не прогадал, ну… почти. Потому что уже на подходе к следующему повороту услышал за углом грохот, сдавленный мат, а потом и звук выстрелов из пистолета, заглушенный спустя мгновение оглушительным ревом не смертельно раненого, но крайне разозленного чудовища.
Ну заебись… кажется, у уже говорил о своем «везении, да»? Сколько раз? Впрочем, это мало что меняет…
Тряхнув головой от досады, выглядываю из-за угла и обнаруживаю перед собой доктора Биркина собственной персоной. Это был точно он, хоть и узнать в нем человека можно было только по общей гуманоидной форме тела и по обрывкам штанов. А так, он уже точно перешел в новую фазу мутации, утратив человеческие черты лица и лишившись белого халата, превратившись в заплывшее нечто с болотно-серой, пестревшей прорехами плотью вместо нормальной кожей и головой, похожей на оплавленную головку протухшего сыра.
О… а человеческая голова осталась, правда, съехала на бок и теперь безвольно свисает с левого плеча, ну а на правом красуется оранжевый глазик, что, кстати, с дикой яростью прожигал взглядом хрупкую женскую фигурку в испачканном и местами порванном красном платье, что со всех ног улепетывала от монстра, держа курс прямехонько ко мне на встречу. Когда наши взгляды встретились, на лице девушки промелькнула удивительная смесь из испуга, когда она увидела, что кто-то встал у нее на пути, облегчения, когда поняла, что это человек, и легкой досады, когда пришла к выводу, что в качестве избавителя от напасти он вообще не котируется. Гораздо больше чувств бедной шпионке меня заинтересовала одна деталь: синяя колбочка с интересным содержимым в ее руке.
Сдергиваю с плеча автомат и вскидываю, прицелившись в гигантский глаз.
Побегаем…
Палец жмет на спусковой крючок и остатки магазина улетают в цель.
И пока монстр, схватившись за раненное плечо, из которого на пол брызнула непонятного цвета, но очень дружно пахнущая жидкость, я поприветствовал незадачливую шпионку:
— Не помешал?